на главную
 
  Искать Написать в редакцию Добавить в избранное   Колонка редактора Обзоры Без комментариев Новости Официально Документы
 
  
Встреча Председателя Правительства Российской Федерации В.В.Путина с членами экспертного совета Агентства стратегических инициатив
27 июля
 

В.В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья!

Две недели назад примерно мы в режиме видеоконференции общались с вами, когда вы были в Екатеринбурге, на выставке «Иннопром». Мне очень жаль, что я не смог там побывать лично. Говорят, было действительно очень интересно. Тогда мы договорились встретиться с победителями конкурса, вошедшими в экспертный совет Агентства стратегических инициатив.

Я прежде всего хочу всех вас, да и не только вас, а всех других, кто принял участие в этом процессе, поблагодарить. А всего молодых, инициативных, успешных людей, которые приняли участие в этом конкурсе, оказалось где-то в районе тысячи. Хочу сказать, что для конкурсной комиссии, которая должна была принять решение по четырём кандидатурам на должность руководителя агентства, по руководителям трёх направлений, задача была очень и очень сложной, потому что выбрать из тысячи молодых, успешных, симпатичных и перспективных людей четыре кандидатуры было весьма и весьма сложно.

Что бы хотел отметить? Я бы хотел сказать, что в любом случае проигравших в этом марафоне не будет, потому что мы постараемся сделать так, чтобы все были востребованы, чтобы никто не пропал, чтобы все были на виду и во всяком случае в регионах России все могли бы принимать участие в деятельности агентства. Как я уже неоднократно говорил, мне бы очень хотелось, чтобы это агентство не ограничилось только московской площадкой, не функционировало исключительно в рамках Садового кольца.

У нас были разные подходы, разные взгляды на то, какое решение должно быть принято окончательно. Но повторяю ещё раз: несмотря на всю сложность принятия решения, комиссия такое решение должна была принять, и мы его приняли. Я от имени своих коллег хочу огласить результаты. Не буду вас мучить: генеральным директором Агентства стратегических инициатив избран Никитин Андрей Сергеевич (генеральный директор ООО «Управляющая компания “Рускомпозит”»).

Далее. Директором по направлению «Новый бизнес» станет Аветисян Артём Давидович (президент консалтинговой группы «НЭО Центр»).

Руководство следующим направлением – «Молодые профессионалы» – решили доверить Пескову Дмитрию Николаевичу (генеральный директор проектной группы «Метавер»).

И наконец, направление «Социальные проекты» возглавит Яблонский Владимир Борисович (директор государственного образовательного учреждения «Учебно-методический центр по информационно-аналитической работе»). Поздравляю вас.

Я, во-первых, всех вас хочу поздравить. И уверен, что вы наладите работу этого агентства должным образом. И агентство действительно станет существенным, заметным, действенным инструментом продвижения инноваций, постоянного движения вперёд в тех направлениях, которыми оно будет заниматься. Уверен, что всё получится – у нас с вами всё получится. Главное – что у всех у вас, практически у всей этой тысячи, есть и драйв, и дерзость, готовность и умение добиваться успеха.

Деятельность агентства должна быть яркой и многоплановой, менять существующие алгоритмы работы, ломать косность, стереотипы, преодолевать барьеры, которых, к сожалению, пока ещё очень много. Мы себя поругиваем часто и по делу в связи с этими барьерами. Должен сказать, что на самом деле их везде хватает, они везде растут, у нас их должно быть меньше, чем в других странах.

Я бы хотел предложить высказаться коллегам – так уже скажу: коллегам, фамилии которых я назвал. Давайте начнём с генерального директора. Пожалуйста.

А.С.Никитин: Владимир Владимирович, спасибо за предоставленное слово. Я благодарю членов конкурсной комиссии за выбор моей кандидатуры. Девять лет назад, когда мы начинали свой бизнес, у нас был выбор – или открыть на месте завода торговый центр, или сделать что-то новое. Мы пошли по второму пути. Сегодня продукция (90%), которую компания, где я теперь уже работал, производит, никогда ранее в России не производилась. И есть продукция, которая ранее не производилась в мире. Мы не жалеем о том выборе. И первой и главной задачей агентства, на мой взгляд, является поддержка проектов прежде всего с точки зрения устранения барьеров – нормативных барьеров, административных барьеров, которые порождают безответственность и могут приводить к катастрофическим последствиям. Это помощь бизнесменам в упаковке проектов, содействие бизнесу в получении финансирования институтов развития. Это основная задача, на мой взгляд.

Вторая задача связана с восприятием бизнесмена в современном обществе. Мягко говоря, сложно коммуницировать с обществом, которое воспринимает тебя как не совсем порядочного человека – бизнесмена. Я считаю, что здесь мы должны работать над улучшением имиджа бизнеса.

Наконец, третье – третья задача. Вы меня извините, я немножко волнуюсь. Третья задача – это задача улучшения предпринимательского климата. Мой взгляд со стороны на работу государственной машины такой: государственная машина исполняет поручения, и, когда поручения уже выполнены, мало кого и не всегда интересует, какой реальный эффект приносит тот или иной нормативный акт, как он влияет на бизнес, как он работает. Здесь я считаю, что мы должны работать, агентство должно работать в тесном взаимодействии с ассоциациями бизнеса, «Деловой Россией», «Опорой» и так далее.

Наконец, профессиональные стандарты – та тематика, которая на сегодняшний день у нас очень мало где обсуждается и очень мало кем ведётся. Я как бизнесмен могу говорить, конечно, в первую очередь, о своём личном опыте: могу констатировать, что мне очень сложно найти профессиональных людей сразу после вузовской скамьи. На самом деле мы их ищем какими-то очень интересными, хитрыми путями: через Зворыкинский проект, ещё как-то. Но интересы и образовательные стандарты вузов совершенно не соответствуют тем требованиям, которые предъявляет средний бизнес к людям, которые должны туда приходить.

В.В.Путин: Андрей Сергеевич, а что это за Зворыкинский проект? Просветите нас.

А.С.Никитин: Зворыкинский проект – это инициатива Федерального агентства по молодёжи. Это проект, в котором в интернете молодые новаторы размещают свои идеи, а бизнес должен (если он хочет, конечно) смотреть и выбирать там, может быть, что-то, что достойно внедрения. Мы участвовали в этом году в Зворыкинском проекте. У нас был специальный конкурс в рамках проекта по композитным материалам, и нам удалось найти через этот проект ребят, которые позволят нам очень существенно снизить объём нашего финансирования зарубежных научных учреждений, то есть эти ребята делают такие вещи, что… В общем, это действительно мировой уровень расчётов и технологий современных композитных и карбоновых материалов.

В.В.Путин: А откуда они сами, эти ребята?

А.С.Никитин: Москва, Самара, Чебоксары. Вся Россия практически, Владимир Владимирович.

В.В.Путин: Они из научных заведений каких-то, да?

А.С.Никитин: Да, аспиранты, сотрудники научных учреждений – люди, которые влюблены в науку, которые это делают не потому, что… Вы знаете, работы, которые они предоставляли, это не те работы, которые делаются за полгода, чтобы получить от нас грант. То есть люди этим занимаются годами: тематиками, связанными с упрочнением конструкций, с надёжностью, долговечностью тех или иных вещей.

В.В.Путин: И вы их сейчас приглашаете на работу к себе или как? Как это будет выглядеть?

А.С.Никитин: Мы кого-то пригласим на работу – тех, кто хочет остаться в научном учебном заведении: может быть, заключим договор с научным учебным заведением, где они будут исполнителями по каким-то работам, но в любом случае мы с ними будем очень плотно взаимодействовать.

В.В.Путин: А в каких сферах будут применяться результаты их исследований и наработок? Что конкретно вы будете делать из того, что они предлагают?

А.С.Никитин: Я думаю, что одна из задач, которой мы сейчас занимаемся в рамках компании, это задача по созданию современных композитных плит для временных аэродромов, для регионов с трудной доступностью: для санитарной авиации и так далее.

В.В.Путин: Это очень важно.

А.С.Никитин: Там очень важна прочность, очень важна долговечность, и на сегодня мы думали, что всю эту расчётную тематику отдадим в Голландию, а сейчас я понимаю, что мы сделаем их в России с этими людьми.

В.В.Путин: Здорово. Это, действительно, очень важно, особенно в связи с тем, что у нас, к сожалению, с начала 90-х годов начала разваливаться малая авиация. А с учётом неразвитости инфраструктуры, особенно в отдалённых регионах страны, нам нужно эту тематику самым активным образом развивать, поэтому – случайно или не случайно – вы работаете в этом смысле на одном из таких очень важных направлений.

А.С.Никитин: Спасибо большое. И последняя задача, наверное, самая главная: это задача продвижения социальных инициатив. Я бы не хотел подробно на ней останавливаться (думаю, мой коллега здесь сможет рассказать это гораздо интереснее меня). Я могу сказать, что для меня это будет одним из основных приоритетов в деятельности, потому что это действительно важно. Это то, что мы должны и обязаны делать.

В.В.Путин: Андрей Сергеевич, а вот с точки зрения организации и работы самого агентства - что вы считаете наиболее приоритетным?

А.С.Никитин: Я считаю, что форма, которая выбрана для агентства, оптимальна. Агентство – это институт гражданского общества в первую очередь, да? Мы должны быть наиболее дружественны по отношению к бизнесу, образовательной среде, социальным инициативам. И, наверное, первое, что мы будем с коллегами обсуждать, это как создать предельно дружелюбную среду, не превратиться в чиновников, не превратиться в людей, к которым сложно попасть. Для меня, когда я подавал заявку, одним из решающих критериев было то, что это некоммерческая организация. Я считаю, что, наверное, с этого мы начнём, а параллельно сразу же мы будем заниматься с коллегами из экспертного совета отработкой подходов к конкретным способам и формам поддержки среднего бизнеса. Есть восточная мудрость, которую я очень люблю: Дорога начинается с первого шага. Спасибо большое, Владимир Владимирович, что Вы мне дали возможность сделать этот шаг. Мы будем идти по этой дороге, не будем много говорить, а будем стараться больше делать.

В.В.Путин: Хорошо, спасибо большое. Благодарю вас. Аветисян Артём Давидович, пожалуйста.

А.Д.Аветисян: Прежде всего хотел бы поблагодарить конкурсную комиссию и лично Вас, Владимир Владимирович, за выбор моей кандидатуры. Я понимаю, что это был сложный выбор, и, соответственно, тем больше и ответственность. Я это знаю из личного опыта. Я начинал бизнес в 22 года из активов, которые у меня были. Это был мобильный телефон, деловой костюм и вера в себя. Нас учили в Финансовой академии (хорошо учили!) и говорили: чтобы достичь успеха, надо чем-то отличаться от других. В бизнесе это называется «конкурентное преимущество». Тогда, 13 лет назад, я понял, что для моей компании конкурентным преимуществом будет глубокое понимание России и российской специфики ведения бизнеса. И благодаря этому сейчас моя компания конкурирует с ведущими мировыми компаниями. И второе. Опыт конкуренции дал понять мне, что успех (пусть самый небольшой) не приходит сам по себе: за ним стоит большая, тяжёлая работа. Я потратил 13 лет на построение компании. Я рос вместе со своей командой, и мы трансформировались в процессе изменения экономики России. И конечно, были успехи, были разочарования. И наверное, для меня как для руководителя консалтинговой компании самым большим разочарованием было то, когда те идеи, которые мы генерировали для наших клиентов по построению бизнеса, они так или иначе, по каким-либо причинам не воплощались в жизнь. И когда месяц назад (чуть больше) я услышал выступление Владимира Владимировича – Ваше выступление, когда Вы объясняли логику идеи, которая заложена в основе АСИ, я понял, что, наверное, может быть, первый раз в нашей стране создаётся структура, которая позволит тем идеям, которые не реализовывались, которым было тяжело реализовываться, именно реализовываться. Потому что достаточно большой путь лежит между началом (между идеей, хорошей идеей) и её воплощением в жизнь.

И агентство должно сократить путь воплощения этой идеи. И может быть, будет создано что-то по инициативе снизу вверх. На мой взгляд, так и должно работать агентство – чтобы любой умный, инициативный гражданин нашей страны, имеющий идею по построению бизнеса, мог быть не только услышанным, но мог и воплотить эту идею в жизнь с помощью агентства.

Вы все прекрасно знаете, как много разных проблем у среднего бизнеса, и я не понаслышке знаю об этих проблемах. Но, на мой взгляд, ресурсы агентства нужно потратить не на обсуждение вот этих проблем (обсуждение тоже важно), но очень важно создать для самих предпринимателей так называемые лифты в сфере социальных инициатив, в подготовке профессиональных команд, а также, безусловно, новых проектов. И не просто новых проектов, а тех проектов, которые можно тиражировать на всю страну.

Я как предприниматель знаю, что такое фактор времени, я его очень сильно ценю, поэтому, поэтому, на мой взгляд, бюрократии не место в агентстве.

В.В.Путин: Артём Давидович, а сколько человек работает в вашей компании?

А.Д.Аветисян: В моей компании работает около четырёхсот человек.

В.В.Путин: Прилично. Это в консалтинговой фирме четыреста человек?

А.Д.Аветисян: Да, это в консалтинговой компании.

В.В.Путин: И все они консультируют днём и ночью?

А.Д.Аветисян: Днём и ночью, да.

В.В.Путин: С утра до ночи консультируют. С ума сойти. А чем же они занимаются, такая «банда», четыреста человек? Честно, даже не ожидал. Для меня это новость.

А.Д.Аветисян: Почему мне эта тема близка? Потому что мы занимаемся упаковкой проектов. По сути, это упаковка проектов, которые в дальнейшем находят финансирование, находят инвесторов, находят реализацию. Почему?

В.В.Путин: То есть к вам люди приходят с какими-то идеями, да? А вы помогаете им найти источники финансирования? Что ещё?

А.Д.Аветисян: Ну, во-первых, нужен бизнес-план. Просто так никакая идея не будет работать. Идею просто так не воплотить в жизнь. Нужен бизнес-план, нужна финансовая модель, нужны маркетинговые исследования, нужна упаковка, потому что у разных банков разные требования, у разных инвесторов разные требования.

В.В.Путин: Вот это вы всё и делаете?

А.Д.Аветисян: Мы делаем полный спектр вот этих направлений.

В.В.Путин: Понятно. Я почему вас мучаю? Это, по сути, то, что предстоит делать и в рамках самого агентства просто на другом уровне.

А.Д.Аветисян: Безусловно. И средний бизнес, эти клиенты среднего бизнеса – это то, с чем я сталкиваюсь каждый день на протяжении уже 13 лет. У нас порядка 3 тыс., даже ближе к 4 тыс. клиентов было за это время. Ещё хотел бы отметить, что…

В.В.Путин: А консалтинговые агентства сколько зарабатывают? Просто интересно. Не знаю, всем нам будет интересно. Не вы лично, оборот у вас какой?

А.Д.Аветисян: Я себя отношу к среднему бизнесу, у нас оборот около миллиарда рублей.

В.В.Путин: Миллиард рублей в год, да?

А.Д.Аветисян: Из российских компаний мы одни из лидеров на рынке.

В.В.Путин: То есть эти вот четыреста человек перелопачивают миллиард в течение года?

А.Д.Аветисян: Да.

В.В.Путин: Понятно. Используя авторучку и компьютер.

А.Д.Аветисян: Я хотел бы ещё сказать, что я удивился - какое количество ярких и талантливых людей я встретил за последний месяц, когда проходил этапы конкурса. Я тогда подумал, что идея АСИ – это действительно правильная задумка. И не просто правильная задумка, это ещё и открытая площадка, потому что мы общались в Екатеринбурге, и это действительно открытый диалог. Мне кажется, вот эта открытость и привлекла огромное количество моих коллег-бизнесменов. И я тоже поверил в эту идею. Но сейчас я прекрасно понимаю, что вот эта вера трансформируется в серьёзную ответственность. Мы не можем подвести тех ребят, которые уже направляют свои материалы, заявки и идеи в АСИ. И, безусловно, я чувствую свою ответственность перед теми, кто меня выбрал, и лично перед Вами, Владимир Владимирович.

В.В.Путин: Спасибо. Спасибо большое. Я хотел бы заметить, что у нас это, конечно, не единственная площадка. Но, может быть, в таком качестве она является уникальной. Мы пытаемся создать целую сеть структур, через которые можно было бы выдвигать и решать амбициозные, интересные, важные для страны и для конкретных направлений деятельности задачи. У нас ведь создана целая сеть особых экономических зон: они по-разному сложены и по-разному работают, но всё-таки они функционируют. Мы тоже не должны про это забывать. Эльвира, сколько у нас их всего?

Э.С.Набиуллина: 24. Большая часть – туристско-рекреационные зоны, технико-внедренческих пока вот две – тех, которые, может быть, интересны на инновационном направлении. Ещё несколько промышленно-производственных, портовых. Они разные.

В.В.Путин: Но действительно, Агентство стратегических инициатив должно функционировать по всей стране, что, на мой взгляд, крайне важно, чтобы на местах дать возможность молодым людям с хорошими идеями продвигать свои предложения, реализовывать свои идеи. Спасибо большое.

Вот Артём Давидович упомянул о профессиональной подготовке. У нас есть целое направление – «Молодые профессионалы». Песков Дмитрий Николаевич, пожалуйста.

Д.Н.Песков: Добрый день! Владимир Владимирович, спасибо за доверие. Я представляю такую небольшую проектную группу, которая занимается проектированием новых образовательных систем. Это в основном люди из венчурного бизнеса, интернет-компаний, государственных органов, вузов. И мы пытаемся создавать образовательные системы, которые действительно были бы конкурентными и которые готовили бы очень быстро и очень качественных профессионалов.

Скажу честно, мы как часть того, что называется сегодня креативным классом, с крайним скепсисом и очень большой настороженностью относимся к любым инициативам Правительства. Для нас всегда очень тяжело участвовать в подобных проектах, и при прочих равных, наверное, в этом проекте мы бы тоже не участвовали.

В.В.Путин: Тут Артём Давидович говорил – я хотел вам задать вопрос, но забыл – о российской специфике ведения бизнеса. Это производная от российского менталитета: всё, что ни делают наверху, должно быть подвергнуто сомнению.

Д.Н.Песков: Да. Но, понимаете, у нас уже подрастают дети, и когда дети начинают расти, то ты задумываешься о том, в какой стране они будут жить, и понимаешь, что в какой-то момент надо рисковать и надо брать на себя ответственность. Для меня это был очень сложный выбор, потому что мы принципиально не работаем с государством, мы не участвуем ни в каких государственных тендерах, у нас нет ни копейки бюджетного финансирования. Мы отстроили структуру, в которой нет офисов (есть отдельные проектные группы), нет внутренней бюрократии, даже вообще внутренней иерархии. Мы вот совсем такая сетевая группа.

В.В.Путин: Вы представляете, и всё это сделано в наших условиях! И кто бы мог создать такие условия? В том числе и Правительство!

Д.Н.Песков: Безусловно. Да, иногда на преодолении получается очень хорошо. И честно говоря, задачи, которые сегодня стоят перед АСИ, в моем направлении уже сейчас, на первый взгляд, кажутся нерешаемыми. Такое ощущение, что мы выйдем на фронт первыми и там все немножко поляжем, первым эшелоном, потому что сегодня в стране очень плохо дело обстоит с прогнозированием и пониманием нужности образования.

Несколько лет назад вся страна сделала гигантскую ошибку и отправила своих детей учить экономику и юриспруденцию. Теперь у нас биржи полны экономистами и юристами, которые никому не нужны. И университеты у нас сегодня… Знаете, есть такая поговорка про генералов, что университеты похожи на генералов: генералы готовятся к прошедшим войнам, а университеты выпускают уже ненужных специалистов. Вот для того, чтобы не оказаться такими генералами, как нам кажется, нужно больше слушать бизнес, больше слушать его потребности. И наша задача здесь как АСИ – научить бизнес разговаривать на одном языке с системой образования. И наоборот, потому что во всем мире опора – это не образовательные стандарты, а стандарты профессиональные. Но и их формирует бизнес, опираясь на свои профессиональные ассоциации. В России с этим плохо, потому что профессиональных ассоциаций мало, они очень слабые, они хиленькие и они не способны сформулировать постановку, а ведь выпускается человек не прямо сейчас, он выпускается через четыре года или через шесть лет. То есть мы должны понимать очень хорошо, что у нас будет с экономикой, какие товары мы будем производить и услуги оказывать, с кем будем конкурировать через год, через пять, через 10 лет. Это важнейшая функция для АСИ – создание внутри него не только офицеров связи, но и офицеров будущего и создание такой национальной школы людей, которые понимают мировые тренды, мировые технологии, риски, систему законодательства, способны прогнозировать и работать вместе со средним бизнесом, помогая ему, возвращаясь к военной аналогии, прорывать фронт – выходить на глобальные рынки, захватывать новые рынки для российского бизнеса. Чем хороша такая постановка, с моей точки зрения? Тем, что она такая по «гамбургскому счету» – если ты на мировом рынке продал товар, это значит, что у тебя все в порядке, ты конкурентоспособен. Если ты его продаешь в России, это может быть обусловлено тысячей каких-то других нерыночных факторов. АСИ, как кажется, должно создавать для быстрорастущих российских компаний систему такого кадрового развития.

Но последнее, о чём я хотел бы сказать, что всё это будет бессмысленным, потому что стране, из которой уезжает молодёжь, сильная система образования не нужна. Мы в такой системе кормим другие страны. И поэтому важнейшая задача для АСИ – сделать так, чтобы молодые профессионалы не уезжали, то есть создать механизмы долгосрочной лояльности, когда их профессиональное развитие будет привязано к различным бонусам. Готовить не одиночек, а готовить в системе образования команды, которые могут сразу со студенческой скамьи уходить в бизнес. Ввести, я не знаю, понятие «венчурного отпуска», когда ты можешь вместе со своим преподавателем уйти, сделать свой бизнес и через два года вернуться. Вот для этого нужно АСИ как договорная площадка между всеми основными игроками и для того, чтобы рисковать и брать ответственность. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое. Два комментария, пожалуй, и вопрос у меня есть. «Страна, из которой уезжают молодые специалисты, и такой стране хорошая система образования не нужна» – по-разному можно посмотреть на эту проблему. Если наших специалистов берут крупнейшие фирмы, это значит что, я прошу прощения, товар, который выдает наша система образования, конкурентоспособен, потому что это говорит об уровне, качестве подготовки наших специалистов. Вот я этот пример привожу, и он широко известен уже: «Боинг» у нас работает в Москве. Один из московских инженерных центров «Боинга», наверное, на 70% сделал последнюю машину.

Это говорит о том, что наша система образования (пока, во всяком случае) выдает высококлассных специалистов, а это их товар. Эта машина работает. Другое дело, что наша экономика пока не воспринимает такой качественный товар образовательного характера. Вот это проблема, и эту проблему мы должны решить. Как обычно, в таких случаях рабочая сила как товар ищет себе применения там, где создаются наилучшие условия: это уровень заработной платы, оснащение техническими средствами для достижения профессиональных целей и так далее. Это многопрофильная, сложная задача. Конечно, нужно изучать потребности рынка труда и под это подстраивать нашу систему образования, потому что если мы этого делать не будем, то и она в конечном итоге начнет сбоить.

Ну и теперь вопрос. Мы давно обсуждаем с профессиональным сообществом проблему выработки критериев, которые бы позволили нам давать качественные характеристики профессионалам. Как Вы считаете, Дмитрий Николаевич, что нам здесь можно было бы сделать, в том числе с использованием ваших наработок и с использованием структуры АСИ?

Д.Н.Песков: Я бы сказал, что вначале нужно создать образ профессионала – того человека, который нам нужен для страны через несколько лет, понять, какие у него качества, какие компетенции, и дальше целенаправленно создавать структуры и поддерживать образовательные инициативы, которые ведут к этому образу. То есть, например, сегодня для среднего бизнеса серьёзная проблема состоит в том, что крупный бизнес может заказать себе образовательную программу (на западе – целенаправленно) или купить факультет или кафедру, а у среднего бизнеса такой возможности нет. Если мы научим его объединяться, тоже создавать сетевые структуры, делать для него структуры и готовить специалистов на хорошем, настоящем, мировом уровне, такая задача может быть выполнена. Но вначале – образ, вначале – цель: нужно понять, к чему мы идём.

В.В.Путин: Вы знаете, мы в принципе с вами вместе можем решить очень важную задачу. Если мы отработаем критерии этого качества, я вам обещаю, мы их будем постепенно внедрять в образовательную систему. И от этого будет очень многое зависеть: насколько они будут качественными, эти критерии, и как мы сможем их продвинуть в реальную, практическую жизнь – в образовательные структуры и затем на рынок труда. И тогда будут критерии у малого, у среднего, да и даже у большого бизнеса – критерии отбора специалистов. Это чрезвычайно важная задача.

Д.Н.Песков: Да, и у нас здесь есть хороший задел, потому что советская система образования готовила (и готовит до сих пор) хороших системных специалистов. Им нужно давать новые качества, которых там не было, – умение продолжать учиться, умение рисковать, понимание глобальности, но база в принципе хорошая есть.

В.В.Путин: Вот одного диплома уже сегодня недостаточно.

Д.Н.Песков: Да.

В.В.Путин: И нужно понять: что это ещё такое, кроме диплома? Как это потрогать руками? Это очень важная вещь, по сути, одна из ключевых задач по этому направлению.

Д.Н.Песков: Это должен быть персональный профиль компетенции у человека в течение всей жизни.

В.В.Путин: Да, точно-точно. Спасибо.

И «Социальные проекты» – Яблонский Владимир Борисович, пожалуйста.

В.Б.Яблонский: Прежде всего спасибо, Владимир Владимирович, за доверие. Я тоже со студенческой скамьи занимался бизнесом, IT-проектами, более чем 15 лет назад пришёл в социальную сферу. Больше 50 проектов разного рода удалось реализовать за это время – и в образовании, и в здравоохранении, в том числе на федеральном уровне. В частности, это такие IT-проекты, как электронные журналы и дневники, электронная карта школьника, инновационные системы, например: реорганизация системы профессионального образования – начального, среднего, разработка системы профориентации, детские сады нового поколения (сейчас мы над этим работаем). Здесь вот говорилось о Зворыкинском проекте – тоже участвуем в этом, новые дворцы пионеров – с новым содержанием, откуда дети, собственно, и должны потом прийти в институт, потом в Бауманский или «Сколково», по какой-то траектории пойти.

Я очень рад, что в рамках АСИ такие направления, как «Социальные проекты», отдельно выделены. Это очень важно, и для меня это большая возможность и большой шанс что-то сделать – то, что зачастую на региональном уровне сделать не удалось. Не удалось потому, что зачастую внедряем решения вопреки системе, уговариваем, договариваемся, к сожалению. Во многом сам обжёгся: думаю, что могу помочь другим – тем, кто хочет и может это сделать.

Несколько слов о модели того, как у нас социальная сфера сейчас работает - я позволю себе своё мнение высказать по опыту. Это довольно утяжелённая система организации, такой своего рода архаичный собес. Он неэффективно использует человеческие ресурсы и финансы, порождается очередная нехватка этих ресурсов – и людей, и финансов, они дополнительно выделяются, – значит, больше вкладываем. Повторяется опять неэффективность, круг замыкается. Значит, на этом поле у нас бюджетные организации работают, ФГУПы разные, довольно много структур. В то же время на рынке, в социуме есть много инициативных людей, которые, которые находят себя в среднем бизнесе или в бюджетных организациях, в каких-то командах молодых или среднего возраста профессионалов, которые находят себя в НКО, в общественных организациях, выдвигают те или иные инициативы, но прорваться они не могут: система зачастую не даёт им ресурсы войти, скажем, в региональную или федеральную целевую программу поддержки малого бизнеса, поддержки общественных организаций.

Даже мы, работая внутри соцсистемы, годами не можем выиграть конкурс в том или ином московском или государственном ведомстве, что-то сделать, даже оттиражировать то, что уже удалось. Например, мы сделали карту учащегося в 300 школах Москвы уже несколько лет назад, но на федеральном уровне это никак не удаётся продвинуть, хотя проект универсальной электронной карты с этим прямо стыкуется.

У каждого губернатора есть свои структуры, свои интересы. Естественно, ситуация не развивается. Этот опыт у нас есть, и мне кажется, что те инициативные люди, которые есть в бизнесе, те, которые есть в бюджетных организациях, сегодня могли бы создать своего рода равновесную альтернативу той тяжёлой сложившейся системе, которая у нас есть. Для этого их надо научить готовить проекты. Например, те люди, которые работают в бюджетной среде, не умеют упаковывать проекты.

Хочу сказать, что я очень рад, что мне повезло с коллегами. У нас, к счастью, был небольшой опыт командной работы, пока мы проходили разные этапы конкурса. На «Иннопроме», в том числе, была возможность пообщаться и понять, что мы все друг друга поддерживаем, у нас общие цели, общее видение и есть реальное желание что-то изменить. И те разные компетенции, которые у нас всех есть, как раз их объединение и, может быть, правильная, действительно незабюрократизированная структура этого агентства позволят действительно что-то сделать и оттиражировать, например, те лучшие практики, которые на сегодня уже есть, либо те, которые мы будем искать по тому или иному набору критериев.

Наращивать бюджетные ассигнования или вкладывать очередные бюджетные деньги в эти инициативы считаю неправильным. Это должно идти от предпринимательства, от инициативы людей. Поэтому, если говорить ещё несколько слов о структуре работы агентства, с моей точки зрения, есть четыре основных момента. Первое – это организационное: надо найти людей. Их много в нашей стране, их надо объединить, например, средствами современных социальных сетей. Сейчас уже на форуме агентства происходит 8 тыс. постов в день. Это удивительно, ведь его никто не раскручивает специально. Люди очень горячо обсуждают те проекты, те идеи, которые выдвинуты. Мы это будем активно развивать, поддерживать этих людей и защищать их на местах.

Второй момент – это постараться, насколько это возможно, изменить нормативное поле, выступив своего рода мотором для этих изменений, инициатором каких-то изменений, потому что нужно просто открыть дорогу, в частности среднему бизнесу, в социальную сферу. То, что сейчас там можно открыть частную школу (в Москве 2 тыс. государственных школ и примерно 150 частных)… 10 частных школ не откроешь: это нереально и по нормативным причинам, и по косности системы – хочется открыть ворота.

Следующий момент – это финансовые ресурсы. Это такие темы, как эндаумент, кредитование, естественно, это приток частных инвестиций в любой форме в социальную сферу. Естественно, при этом не должно ухудшаться качество образования или здравоохранения и не должно быть никаких (мы это тоже на «Иннопроме» обсуждали) резких изменений, которые как-либо могли бы ухудшить, не дай Бог, качество жизни людей.

Следующий и основной, наверное, момент – это поддержка проектов и активных команд. Это бенчмаркинг, это пиар на телевидении, в интернете, за границей – везде, где только можно, тех людей, которым что-то удалось. Это мониторинг того, что происходит на местах, обратная связь. Это точечные проекты, и главное – тиражирование лучших практик. У нас есть эти практики в регионах. Я опять же в Екатеринбурге, на «Иннопроме», с удивлением увидел много вещей, которых, как мне казалось, в регионах нет и где, я понимаю, нам, скажем по своим проектам, надо уже догонять и где-то мы уже отстали. Нет тиражирования, нет информирования – над этим, я считаю, мы должны будем поработать. Ещё раз большое спасибо за доверие. Я надеюсь, всё получится.

В.В.Путин: Спасибо. Вы очень точно сказали по поводу косности системы, особенно социальной системы. Она ведь досталась нам ещё с советских времён, а в современных условиях она работает очень тяжеловесно, неповоротливо, затратно и неэффективно. Это абсолютно точно. Поэтому здесь огромное поле для работы, и в общем и целом вы практически всё обозначили по всем направлениям.

У нас заявки подали и люди довольно известные, успешные, но нам, конкурсной комиссии хотелось, чтобы выбор был сделан прежде всего в пользу тех, кто находится на своём начальном пути развития. Но это совсем не значит, что те успешные, знаменитые, интересные люди в чём-то уступают, нет. Но, повторяю, в силу только что названной причины мы сделали тот выбор, который сделали. Тем не менее мы не хотим никого терять и очень хотели бы, чтобы эти люди продолжали работать, причём как в экспертном, так и в наблюдательном совете, что позволило бы, что называется, сплотить команду.

Сегодня здесь присутствует Валерий Александрович Фадеев, главный редактор журнала «Эксперт» и некоторые другие коллеги. Я хотел бы сейчас им слово предоставить.

В.А.Фадеев: Спасибо, Владимир Владимирович. Сначала одна цифра, которая меня очень сильно затронула некоторое время назад. Любят в последнее время у нас везде говорить, что строится постиндустриальное общество, что индустрия – это уже некий второй сорт, что структура экономики меняется в пользу неиндустриальных секторов, и указывают, что в России тоже вроде так: вроде в сторону услуг, банковской сферы. Я не поленился и посмотрел цифры. В развитых странах добавленная стоимость, которую производит обрабатывающая промышленность, составляет 7–10 тыс. долларов на человека в год. В Швейцарии – 11 тыс. долларов на человека в год. В США, где есть известные проблемы, 5,5 тыс. долларов на человека в год, у них обрабатывающая промышленность относительно ослаблена. В России – 1,5 тыс. долларов на человека в год, но сюда входят и алюминиевые чушки, и прокат, и азотные удобрения, потому что это первые степени передела. А собственно то, что мы привыкли представлять себе как обрабатывающую промышленность, это сотни долларов в год на человека. И здесь отставание – в 10–15 раз. Видимо, это самое серьёзное отставание, если говорить об экономике в целом. Как я понимаю, одна из задач АСИ – это отставание преодолевать, используя ресурсы молодых команд, быстрорастущих компаний и так далее и так далее. «Газпром» нельзя превратить в General Electric. Это будет огромная сырьевая, мощная, выдающаяся компания. А новые обрабатывающие компании будут вырастать из этой – как кажется по мировым меркам – мелких компаний.

Вы поставили вопрос две недели назад, когда был телемост с Екатеринбургом: откуда возьмётся спрос? Мне кажется, есть три типа спроса и соответственно три типа проектов, которые, вероятно, мы должны обсуждать. Первое – это быстрорастущие сегменты собственно в российской экономике (там, где уже есть рост инвестиций, где ожидаются инвестиции, в первую очередь государственные, потому что государство у нас здесь главный игрок). Инфраструктурные проекты – строительство, дороги, сельское хозяйство, электрические сети. Медицина (медицина наверняка будет очень быстро расти, и здесь много частных компаний, которые могли бы на этом росте вырасти).

Я здесь пометил несколько компаний себе. «Унихимтек» – защитные противопожарные покрытия (горят склады с оружием, боеприпасами каждый год – значит, не закупают). «Турбокон» – источники энергии для «Газпрома», с одной стороны, турбины для котельных (их тоже в сеть не пускают котельные по понятным причинам: потому что ремонтировать выгоднее, чем ставить новые). ЖБИ-1 из города Белгород – бетонные плиты, стянутые стальными тросами, натяжные плиты (как показывают эксперименты, это лучшие дороги для такого климата и такого грунта, как у нас: проводились эксперименты, такие дороги строились, они есть, эта компания работает, такие дороги выдерживают в разы дольше)… И так далее. Уже много есть таких компаний, спрос на продукцию которых потенциально очень велик. И здесь в значительной степени, конечно, надо стимулировать – где-то ЖКХ,  где-то «Газпром», где-то другие государственные институты.

Вторая группа – это, собственно, быстрорастущие компании. Их принято называть «компании-газели»: газель бежит быстро и долго, но она маленькая. Мало кто знает, что в России в 2008 году было 600 «газелей». Что такое «газель» в нашем понимании? Это компания, которая растёт в течение пяти лет со скоростью не менее 30% в год. Таких компаний было 600 с оборотом от 20 млн до 300 млн долларов, то есть это средние компании. В 2009 году, в разгар кризиса, их оставалось 120, они продолжали расти со скоростью 30% в год. Такого нет нигде в мире! Вот здесь присутствуют многие коллеги, и мы писали о них. Такого количества быстрорастущих компаний нет нигде в мире, просто они маленькие.

Значит, эти компании создают очень серьёзный спрос инновационного характера. Вот «Интерскол» на выставке в Екатеринбурге. Пилы они делают. Пила – никто не мог понять, где у неё двигатель, потому что двигатель такой маленький, совершенно нового типа, инновационный, что он просто встроен в корпус. Таких пил нет нигде в мире. И идет инновационный спрос на такие новые разработки.

И вот создаётся такая среда вокруг быстрорастущих компаний, где есть спрос на инновации, где есть спрос на науку, где есть спрос на образовательные услуги высокого качества. И здесь, мне кажется, главная задача – выстраивание технологических цепочек, чтобы расширять вокруг этих быстрорастущих компаний пространство технологического развития, образовательного, инновационного и так далее.

Наконец, третий пункт – это компании-чемпионы. Их, к сожалению, мало. В прошлом месяце Валентин Гапонцев получил государственную премию. Выдающийся учёный, организатор; компания – мировой лидер в области производства лазеров. Вот я знаю от наших коллег, компания «Т-Платформы» производит суперкомпьютеры. Сегодня выручка – порядка 100 млн долларов. Он знает (это не мечта, а план), как перевести компанию на уровень миллиард долларов. Но это уже мировая игра, в России нет такого спроса. У него есть конкретный план. И мне кажется, агентство должно помогать переводить его из одной категории совсем в другую категорию.

Совсем короткое замечание о технологии работы экспертного совета. Как мне кажется, не надо, может быть, ограничивать размер экспертного совета и всех тех, кто принял активное участие в конкурсе и стремится помочь работе АСИ. Может быть, их пригласить в экспертный совет? Может быть, если будет слишком много, то разбиться по группам, по направлениям? Мне кажется, необходимо наладить дистанционную работу.

Да, необходимо всё-таки создать какой-то аналитический аппарат экспертного совета, который бы, с одной стороны, взаимодействовал с заявителями, потому что вопросов очень много по конкретным проектам, а с другой стороны, разъяснял бы экспертам, которые занимаются анализом этой работы, может быть, человек 5–7, которые бы вели эту рутинную работу. Время от времени, конечно, нужно собираться всё-таки очно, несмотря на то, что некоторые коллеги живут в других городах, не в Москве. И очень важно, мне кажется, проводить публичные мероприятия, показывать, что есть результаты, есть успехи, есть другое лицо бизнеса, о чём здесь уже говорилось, созидательное лицо бизнеса. Мы уже несколько публичных мероприятий с так называемыми газелями проводили и в Москве, и в Екатеринбурге. И один только факт, что на них обращают внимание, и то уже имеет серьёзное значение, а уж ресурсам АСИ, я думаю, здесь будет много пользы. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое. Александр Сергеевич Галушка, «Деловая Россия».

А.С.Галушка (президент Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»): Спасибо, Владимир Владимирович! «Деловая Россия» действительно с самого начала, когда проект АСИ стартовал, активно его поддержала, потому что те идеи, которые положены в его основу, реально востребованы. Причём если мы посмотрим, что у нас происходит с точки зрения структуры бизнеса - у нас, с одной стороны, есть малый бизнес, и государство очень много сделало по его развитию: создана целая программа поддержки малого бизнеса. И дух-смысл этих программ состоит в том, что для малого бизнеса вводятся специальные режимы: специальный налоговой режим, специальный режим доступа к инфраструктуре компаний естественных монополий, специальный административный режим. Это понятно и оправданно, по такому пути в общем-то все страны в мире идут.

С другой стороны, у нас есть крупнейший бизнес, который может решить свои проблемы в режиме индивидуальных переговоров. Это тоже естественно и понятно. А вот прослойка бизнеса между малым, который работает в специальных льготных режимах, и крупнейшим, который может в режиме индивидуальных переговоров решить свои вопросы, вот этот слой бизнеса наиболее заинтересован в такой структуре, как АСИ, и наиболее заинтересован в улучшении самих условий, в улучшении предпринимательского климата: именно этот средний бизнес на него запросы формирует. Собственно, этот бизнес представляет «Деловая Россия», поэтому у нас живой отклик на эту инициативу, и он абсолютно объясним. И как нам кажется, именно эта категория бизнеса является такой, можно сказать, целевой аудиторией работы агентства.

Мы за эти два месяца провели целый ряд обсуждений, в том числе на Екатеринбургском форуме. Это уже был такой финал, можно сказать, итоги подводились. Интересно, как был сформулирован предмет деятельности АСИ с точки зрения поддержки бизнеса. Разные проблемы назывались, разные идеи, но вот выкристаллизовалось в итоге пять ключевых. Причём на Екатеринбургском форуме мы попросили коллег их отранжировать, то есть сказать (мы проводили опрос в режиме интерактивного голосования в Екатеринбурге), что наиболее чувствительно, что на первом месте, что на втором. Первой коллеги назвали проблему недоступности ресурсов развития – и финансовых, и инфраструктурных, и земельных, и кадровых, и такого ресурса развития, как меры государственной поддержки. Это было поставлено коллегами на первое место. Вторая проблема – это административные барьеры и коррупция. Третья – это незаинтересованность власти в улучшении инвестиционного климата, в улучшении предпринимательской среды, в развитии предпринимательских проектов. Четвёртая – это специфические условия конкуренции в России, когда не реальная конкурентоспособность, а доступ к административному ресурсу определяет предпринимательский успех. Это было названо как четвёртая проблема. И последняя, пятая – это негативное отношение к предпринимательскому сообществу как к такой социальной страте.

Эти пять ключёвых проблем, как нам кажется, и определяют предмет деятельности Агентства стратегических инициатив. При этом они не фатальны, они устранимы. Есть и мировые примеры, и наши, российские, примеры как на федеральном, так и на региональном уровне, когда эти проблемы действительно решаются и подлинно удаётся добиться результата в их разрешении.

Что могло бы сделать в этой связи агентство, как нам кажется, в решении этих проблем? Первое. Тот проектный дух, который заложен в основу его деятельности, позволяет, на наш взгляд, глазами проектов посмотреть на системные проблемы и на этой основе сформулировать стратегические инициативы по их решению. Как показывает практика, когда мы на поле проектов, глазами реальных проектов на эти проблемы смотрим, то такие инициативы – подлинно стратегичные, но при этом очень конкретные. Второе, что, на наш взгляд, могло бы сделать АСИ и с чего, может быть, стоило начать его деятельность, – это составить систематизированный свод мер государственной поддержки (их действительно много – и в институтах развития, и в целевых программах, и в регионах, но бизнес, как показывает практика, не видит себя в них) и на дружественном языке изложить это бизнесу: вот то, что наработано государством и к чему реально можно получить доступ.

И роль агентства могла бы состоять в том, чтобы для каждого конкретного проекта формировать свой оптимальный пакет государственной поддержки: что-то – за счёт размещения проекта в особой экономической зоне, что-то – за счёт получения поддержки от ВЭБа, что-то – за счёт поддержки из той или иной целевой программы. Эта ниша, которая сегодня очень востребована и никем не занята. Вот агентство могло бы эту уникальную роль выполнить. Более того, агентство могло бы выступить и механизмом обратной связи, когда на основе реальных проектов, увязки этих проектов с мерами государственной поддержки даётся оценка эффективности этих мер, их полноты, достаточности, а также вносятся предложения по их совершенствованию и развитию. В этом тоже могла бы быть уникальная роль агентства.

И последнее, третье, ключевое, что могло бы сделать агентство, – само сопровождать проекты. Как показывает практика, допустим, регионов России, к сожалению, пока немного таких регионов, но что-то подобное создаётся – то есть специальные региональные структуры по поддержке проектов. Они все негосударственные, и то, что агентство создано как негосударственная структура, – это здорово. Это важнейшая, сильная основа его деятельности. Что это означает? Что предприниматель может выдать доверенность сотруднику агентства и сотрудник агентства будет фактически прикреплённым офицером, который проведёт этот проект через все административные барьеры. Но только отношение к сотрудникам агентства, которые обращаются в разрешительные, согласующие, контролирующие органы, будет совсем иное, нежели к предпринимателю, который один на один сталкивается с их работой. И вот в том, что это агентство – некоммерческая организация, заложен, на наш взгляд, очень позитивный потенциал.

И как нам кажется, всё это вместе – все эти три ключевые вещи: то есть, с одной стороны, глазами проектов формулировать конкретные стратегические инициативы, глазами проектов смотреть на те меры поддержки и программы, которые существуют, и увязывать одно с другим, а также обеспечивать режим проектного сопровождения тех проектов, которые обращаются в агентство, – вот всё это вместе, на наш взгляд, действительно способно дать мощный эффект продвижения новых проектов и улучшения предпринимательского климата в России. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое. Елена Леонидовна Николаева, член Общественной палаты.

Е.Л.Николаева (президент ООО «Новые технологии»): Добрый день, Владимир Владимирович. Надо сказать, что сегодня, наверное, исторический день для агентства. Это, скажем так, дата его рождения. И хотелось бы сегодня сказать несколько таких слов пожелания, если можно так сказать, или просто фантазий. Почему фантазий? Потому что, честно говоря, до конца я думаю, что ни руководители направления, ни члены экспертного совета не очень хорошо понимают, чем они в действительности будут заниматься, но пожеланий уже много. И мы, когда в Екатеринбурге проводили мозговые штурмы, отжали столько идей, что целое Правительство с трудом с ними может справиться. Но при этом мы оптимисты: мы считаем, что это можно и нужно сделать. И помните, мы недавно с Вами встречались в Ступине, – обсуждали развитие малоэтажного строительства, – я Вам тогда говорила о том, что за пять лет работы ассоциации, которая продвигает малоэтажное строительство, нам удалось создать отрасль. Мы это сделали от безвыходности, потому что иначе нам было не прорваться через те барьеры, которые выстроены бюрократически, а на самом деле которые - сильное лобби крупных компаний. И если бы мы тогда не объединились, сейчас бы мы не получили в структуре вводимого жилья 51,9% малоэтажки.

Вы помните, с какими проблемами мы сталкиваемся каждый день. И я, честно говоря, очень рада Вашему искреннему возмущению: как же мы вообще что-то строим? Вот мы строим не благодаря, а вопреки. Да, мы приводим новые технологии, мы делаем новые заводы, и сейчас несколько из них запустились, буквально в этом году. Это быстровозводимое жильё. Я к чему говорю? Мы ведём за собой целую отрасль, но не ликвидируя барьеры, не меняя вот эти системные узелки, не разрывая их, не меняя, в том числе, Налоговое законодательство, административные барьеры, проблемы с подключением, о чём уже говорили. И самое главное – мы должны перестать бороться за административный ресурс, за эффективность, иначе это – всё равно приход к коррупционным схемам, а мы хотим, чтобы развивался настоящий, реальный средний бизнес. Более того – средний бизнес вырастает из малого, поэтому он ещё и питает собой вот это развитие малого бизнеса.

На сегодняшний момент, мне кажется, на наших глазах рождается команда. Я очень хочу пожелать этой команде настоящих успехов, потому что на них большие-большие надежды, и в связи с этим у них есть очень серьёзные репутационные риски: на них сейчас столько уже возложено надежд.

Мы недавно обсуждали с Вами тему социальной политики, в том числе на форуме в «Деловой России», и если помните, я тогда говорила о том, что необходимо очень серьёзно задуматься о социальной модернизации в Российской Федерации, потому что та косная система, о которой Вы сегодня говорили, которая на самом деле ещё родом из нашего советского прошлого, долгое время не реформировалась, – она тянет всю нашу экономику назад. Значит, Агентство стратегических инициатив должно в первую очередь выбирать те инициативы, команды, проекты, которые становятся точками роста, а с другой стороны – смотреть, где же эти неразрешимые проблемы, где то, что нужно системно менять, и передавать свои предложения на системный уровень. Почему? Потому что стратегия – это побуждение веры в будущее. И в этом смысле мы сегодня с надеждой смотрим в будущее - как нам удастся его реализовать.

В этом смысле у нас, конечно, уже большие заделы: мы серьёзно проанализировали, например, законодательство в социальной сфере, очень серьёзно проанализировали ту возможность, которая пока ещё не реализована, ведь в социальной сфере  бизнеса-то ещё нет, он только намечается, а во всём мире очень чётко разделено: где государство, где бизнес, а где некоммерческие организации. У нас у всех есть возможность этой реализации, поэтому нам нужно провести такую домашнюю работу вместе с Правительством, и слава богу, что Правительство в настоящий момент уже понимает и слышит это. Я не буду ругать Правительство. Почему? Потому что в Правительстве работают нормальные, инициативные люди. С ними просто нужно уметь работать и нужно каждый раз становиться такими неудобными для них людьми.

В.В.Путин: Слушайте, что говорит опытный предприниматель.

Е.Л.Николаева: Нет, Владимир Владимирович, это правда. Просто нужно уметь в какой-то момент быть неудобным, но при этом находить пути решения, понимаете? Нашли же мы в малоэтажке решения, находим сейчас в социалке. Вы думаете, удобно? Конечно, неудобно и хочется от нас отмахнуться. Но мы, несмотря на это, идём и делаем – делаем проекты, некоммерческие проекты, делаем бизнес-проекты. Я недавно рассказывала, я, когда ещё студенткой физтеха была, свой первый бизнес открыла. И с одним из своих последних проектов (мы производим инновационную медицинскую технику, которая лечит подчас неизлечимые болезни, причём делаем это без медикаментов) я долго билась. Восемь лет я билась в России, прошла все системы согласования. Я могу написать эпос, как можно не пройти все бюрократические моменты, если не давать взятки. Я просто взяла на себя обязательство, что я не хочу давать взятки, я хочу это сделать честно. Восемь лет потратила, вышла, сделала первое предприятие (в Питере, кстати, оно работает на Парнасе) и начали производить. Так вот сейчас, самый большой проект, который у меня сейчас в развитие идёт, я буду делать в Малайзии. Знаете почему? Потому что мне там предложили такие условия, которых у меня в России нет. А я хочу дожить до такого момента, когда выгодно будет производить это в России.

Я не хочу, чтобы мы Россию рассматривали только как сырьевую страну. Россия – это в первую очередь наше будущее. Россия – просто гениальная страна, где рождаются гениальные люди. Здесь сидят четыре выпускника физтеха, у каждого из них есть свои, достаточно серьёзные и большие наработки и в науке, и в бизнесе, и в стратегическом видении. Давайте мы постараемся с помощью АСИ этот потенциал реализовать. Мне кажется, у нас это должно получиться. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое. Теперь я хочу обратиться ко всем, кто хочет что-либо сказать дополнительно. Прошу вас. Дмитрий Николаевич, да?

Д.Н.Балаболин (генеральный директор ООО «Роллификс»): Спасибо большое. Моя фамилия на «Б» начинается, поэтому, наверное, мне повезло. Спасибо большое, что мне дали слово. Я тоже коммерсант, бизнесмен, как и все присутствующие, достаточно успешен, и надеюсь, что я бы мог обойтись без АСИ, просто такого хочется большого чего-то сделать. Когда есть всякие административные барьеры и все эти проблемы, в одиночку уже не справиться, требуется помощь серьёзной организации, а если ты ещё в ней участвуешь каким-то образом, то, наверное, всё как-то легче.

Меня лично очень беспокоит такой момент, что мы сырьевая страна, все про это говорят. Это на самом деле неплохо, что мы сырьевая страна, что мы всех снабжаем нефтью, газом, это нормально. Это прекрасное условие для старта всего бизнеса здесь, в стране, то есть это не дефектность нашей экономики, это одна хорошая её часть. Но у нас нет второй части: мы не экспортируем ничего в грузовиках. Если посмотреть на Новорижское шоссе, то колея на Москву – глубокая, а из Москвы – пустая, ровная такая дорожка, нет колейности из Москвы, потому что грузовики едут пустые, то есть мы не экспортируем никакие товары.

В.В.Путин: А может, просто дорога лучше в ту сторону и покрытие современное?

Д.Н.Балаболин: Это к Громову (Б.В.Громов – губернатор Московской области) вопрос, но, похоже, там всё одинаково было и в ту, и в другую сторону. Всё-таки, видимо, в грузовиках дело. Хочется, чтобы страна начала экспортировать товары, а не ресурсы. Я свою задачу вижу в этом, это то, на что бы я потратил часть своей жизни, которая мне дорога.

Второй вопрос – это доказательство того, что подход серьёзный. Каждый сидящий здесь коммерсант и предприниматель понимает, что административные барьеры выглядят достаточно просто. Например, есть такая фраза «…и другие документы». Вы приходите в любую структуру, и там написано: это, это, это и другие документы. Если Правительство поможет нам убрать эти фразы из всяких документов – с Вашей помощью, то мы прямо на 20% очистим бюрократию. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое.

Пожалуйста, Елена Андреевна.

Е.А.Тополева-Солдунова (директор Агентства социальной информации): Я как раз хотела сказать, что здесь, в этом зале, не все бизнесмены. Я как раз представляю некоммерческую организацию, она называется: Агентство социальной информации, аббревиатура такая же – АСИ. Я ещё являюсь членом Общественной палаты, как и Елена Леонидовна.

Я хотела сказать, что моя забота, забота всей моей жизни, – это некоммерческие организации. Я очень бы хотела, чтобы они Агентством стратегических инициатив тоже не были забыты. Почему, на мой взгляд, их вклад в развитие, например, социальной сферы может быть необычайно важен? Да, они пока не столь многочисленны, не столь активны, может быть, в нашей стране. Но те практики, которые уже ими созданы, являются совершенно уникальными и работают на одну важнейшую задачу – создают социальный капитал. Они делают так, что наши граждане становятся активными людьми, преодолевает патерналистскую позицию, перестают жаловаться и ожидать, что им всё власть принесёт и решит за них все проблемы. Они начинают, пытаются что-то сами делать. И в этом как раз помогают НКО – некоммерческие организации. Те практики, которые уже созданы, мы в нашем Агентстве социальной информации собираем, мы готовы передать их в Агентство стратегических инициатив.

Например, партнёрство фондов местных сообществ – удивительная модель, которая как раз позволяет аккумулировать социальный капитал в регионе. Фонды местных сообществ создаются для того, чтобы собирать средства, ресурсы, аккумулировать у себя (и у местного бизнеса, и у граждан), чтобы потом их распределять на социально значимые проекты на конкурсной основе. Вот такая технология у нас есть. У нас есть потрясающая технология общественно активных школ, их тоже создают некоммерческие организации. В Сибири, например, замечательно работают эти школы, даже уже создана ассоциация таких школ.

Есть технологии «добрых городов»:  каждый год у нас в каком-нибудь новом городе проходит такой фестиваль «Добрый город», который позволяет аккумулировать ресурсы граждан на решении проблем этого города, когда люди тоже сами вкладываются в решение этих проблем. Но вот эти технологии реально нуждаются в поддержке и тиражировании. На мой взгляд, очень важно, во-первых, проанализировать, почему иногда они не тиражируются, не развиваются. Во вторых, совершенствовать законодательство, снимать барьеры и давать какой-то толчок таким инициативам, продвигать их. По-моему, на мой взгляд, очень важно, чтобы это тоже не было забыто в дальнейшем в деятельности Агентства стратегических инициатив.

В.В.Путин: Абсолютно согласен. У нас целое направление, по сути, этому посвящено, так и будет обязательно. Да, прошу вас.

С.А.Наумов (вице-президент фонда «Сколково» по взаимодействию с органами государственной власти и общественностью): Станислав Наумов, «Сколково». Мы – один из тех институтов развития, который ориентирован на компании средних размеров, то есть мы с нуля уже сейчас имеем 100 проектов. И я думаю, что те сроки принятия решений по поддержке (это семь недель) как раз позволяют вот ту группу проектов, которую мы сейчас отбирать будем в рамках экспертного совета, запускать уже в этом году. И ещё один очень важный момент – это некоммерческие партнёрства, которые мы начали создавать как раз вот в Екатеринбурге, на «Иннопроме», совместно с уральским фармбиокластером. Мы встречались с руководителями, дали поручения. Мы сейчас готовим такой пилотный проект, который уже сейчас, не дожидаясь, пока заработает сколковская площадка, объединит ресурсы Нового федерального университета, институтов Академии наук, технопарка и, собственно говоря, промышленного производства, то есть для того, чтобы внедрять эти новые технологии уже непосредственно в сферу массового потребления.

В.В.Путин: Отлично, отлично, и мы, конечно, уже сотрудничаем, мы так и будем выстраивать эту работу. Это один из элементов наших общих усилий по продвижению инноваций и решению создания новых путей для достижения общих целей.

Пожалуйста, Ильдар Алиевич, да?

И.А.Неверов (председатель комитета по экологии «Деловой России»): Спасибо. Я бы хотел привлечь Ваше внимание, Владимир Владимирович, и внимание руководства агентства к проблемам экологии, потому что я на протяжении 13 лет занимаюсь уже различными экологическими проблемами, руковожу комитетом по экологии «Деловой России». И всё же, на мой взгляд, есть определённый скепсис со стороны бизнес-сообщества, финансовых институтов, общественности к экологическим проектам. Не все они дотационны, это далеко не так, ряд экологических проектов прибылен, колоссально прибылен! У меня на руках есть проекты с 60% чистой рентабельностью, и они и социально ориентированы, и несут в себе большую пользу для окружающей среды и так далее. Поэтому я хотел бы призвать всех нас к тому, чтобы мы предприняли необходимые действия к аннулированию ненужных административных барьеров в этой важной отрасли, к созданию таких условий, чтобы мы, бизнесмены, могли принести сюда оборудование, которое успешно используется за рубежом, или же найти такое оборудование и создать его здесь, которое позволит нам решить проблемы с экологией. На Крайнем Севере были проблемы с нарастающим объёмом автохлама в стране, с утилизацией электронного лома, электронных отходов и так далее. Вот к чему я хотел вас призвать. Спасибо большое.

В.В.Путин: Кстати говоря, мы сейчас начинаем программу уборки России с северов, с Арктики.

И.А.Неверов: Я в ней задействован.

В.В.Путин: В самое ближайшее время начнём там реальную работу на территории по уборке оставшихся от различных структур ещё с советских времён бочек с горюче-смазочными материалами, с химией и так далее. Очень серьёзная задача. Я имею в виду, что Арктика – очень уязвимая с экологической точки зрения территория.

Что касается экологических проектов и вообще этой сферы деятельности, – она, конечно, важна, прежде всего потому, что это наша среда обитания и нужно бороться за чистоту окружающей среды. Но она важна и с экономической точки зрения. Что я имею в виду? Когда в странах наших партнёров-конкурентов (через дефис, так скажем) развиваются новые технологии, когда они внедряют новые стандарты, бизнес вынужден применять новые технологии производства, и они, эти новые технологии, оказываются, как правило, более конкурентоспособными, чем те, которые применяются в других странах. И они обеспечивают себе таким образом конкурентоспособность. Но здесь – и в этом тоже может быть одна из функций агентства (она очень важная функция сейчас, очень чувствительная и может коснуться если не каждого из вас, то через одного точно) – здесь нельзя допустить ошибки при внедрении новых экологических стандартов. Они должны подталкивать бизнес к внедрению новых экологических и эффективных технологий, но в то же время темпы продвижения этих новых стандартов должны быть такими, которые были бы сопоставимы с финансовыми и инвестиционными возможностями наших компаний, чтобы не обрушить бизнес. Очень тонкая вещь, и я очень рассчитываю на то, что и вы тоже примете действенное участие в работе в данном случае и правительственных структур, чтобы была такая дополнительная экспертная оценка со стороны. У нас Министерство природных ресурсов этим занимается в контакте, разумеется, с Министерством промышленности, другими ведомствами. Здесь постоянно идёт такая внутренняя борьба: Министерство природных ресурсов хочет внедрить как можно более жёсткие стандарты и как можно быстрее, а промышленность нам говорит: нет, так быстро мы не можем, мы обрушим наши предприятия. Нам нужно пройти между Сциллой и Харибдой, найти золотую середину. Я очень рассчитываю и на ваше прямое участие. Пожалуйста.

А.Г.Белова (генеральный директор Центра новых и инновационных технологий): Владимир Владимирович, спасибо большое. Мне кажется, что тот эмоциональный настрой, который возник по крайней мере после Екатеринбурга, дорогого стоит. Мы создали внутреннюю почту, и у нас 15–20 мейлов с идеями поступает каждый день. Я, например, как модератор круглого стола задала вопрос: «Коллеги, даже если вас не изберут в органы руководства, у себя в регионе вы можете взять ответственность за какой-то конкретный проект? Предложите, какой результат вы можете обеспечить на горизонте». И вот такие предложения продолжают поступать. И, мне кажется, есть роскошь такого интеллектуального упражнения, такого «брейнсторминга», но есть очень важный фактор – ответственность за конечный результат. И здесь, мне кажется, на ранней стадии функционирования агентства очень важно спланировать структуру и экспертного совета, и наблюдательного совета, чтобы была оказана очень серьёзная, мощная организационная поддержка. Потому что есть идея о том, что любой бизнес-проект должен быть как-то упакован в агентстве и передан, например, специальной структуре Внешэкономбанка, который будет упаковывать проекты. Но по уставу Внешэкономбанка проекты меньше 2 млрд Внешэкономбанк не рассматривает. Девять месяцев – цикл рассмотрения проектов, то есть нам, безусловно, нужно будет проработать целый ряд внутренних, организационных механизмов…

В.В.Путин: Ваш покорный слуга – председатель наблюдательного совета Внешэкономбанка. Можем изменить правила работы Внешэкономбанка. Это же институт развития.

А.Г.Белова: Владимир Владимирович, я как раз об этом и говорю, что потребуется сделать много настроек, которые обеспечат реальный эффект от этой инициативы, потому что самое страшное – обмануть ожидания людей, которые в это поверили, потому что вот тот средний бизнес впервые на такой площадке спрашивает нашего участия и мнения. И мне кажется, для этого, собственно, органам управления нужно будет много сделать.

В.В.Путин: Пожалуйста, Юрий Олегович.

Ю.О.Алашеев (председатель совета директоров группы компаний «Агама»): Спасибо за возможность сказать. Кто-то сказал: сегодня день рождения АСИ, то есть это праздник. У меня такое, немножко двойственное чувство. Хочу им поделиться. С одной стороны, действительно, всё, как написали в интернете, вот я первый раз в жизни в Доме Правительства, позвали, выслушивают, и это здорово. С другой стороны, надежды, которые на АСИ у меня пробудили, выразили, возбудили желание в этом всём участвовать активно, переписку вот мы с Анной Григорьевной вели бурную… А сейчас немножко разговор, который сейчас идёт, исходная идея, как я её понял и как вот её Андрей Рэмович (А.Р.Белоусов) озвучивал, мне кажется, немножко уходит куда-то в сторону. То есть, говорим о технике, что мы будем рассматривать проекты, упаковывать, технологии выдвигать, а о таком важном факторе, который изначально был заложен, о людях сегодня не звучит.

На конференции в Екатеринбурге мне больше запомнилось, когда Андрей Рэмович сказал, что АСИ – это не столько про проекты и про институты, сколько про людей. И, как я понимаю, именно этим этот институт мог бы отличаться от остальных, потому что так у нас для проектов есть «Сколково», есть РВК, «Роснано» – много разных институтов развития, которые на самом деле поддерживают проекты. И мне показалось по тому, как всё было организовано, по призыву «Что ты сделал для страны?», который был на сайте, по открытому обращению к широкому кругу людей, которым небезразлична страна и которые хотят помочь ей стать лучше… А сейчас как-то всё уходит в технику. И мне кажется, очень важно это не упустить, что нам самое главное – набирать людей и отбирать не столько проекты, сколько людей по их доказанному успеху, с одной стороны, с другой стороны – по ценностям, которые они так или иначе проявили и выявили своими делами прежде всего, которые и позволят им, этим проектам, стать стратегическими и внести максимальный вклад в страну, То есть этот фокус, он как-то в сегодняшнем разговоре уходит, и я боюсь, что как-то всё дальше и дальше. Я так понимал, что это будет набор людей, потому что проект, трудный на самом деле проект, особенно длительный, стратегический проект, который может дать большой эффект для страны, изменить климат, изменить имидж, прописать так наперед, сразу на пять лет вперед, и очень точно упаковать.

Понятно, что это приходится делать, когда это для банка и так далее. Но намного важнее, кто будет его реализовывать, потому что если ситуация будет меняться по ходу реализации проекта, по ходу взаимодействия со всеми институтами и ликвидации барьеров и все прочее... И если человек, во-первых, показал свою успешность, что он может это сделать, а во-вторых, изначально стоит на ценностях, которые необходимо тоже привлекать, то есть человек, который ощущает себя хозяином в стране и который хочет, чтобы в России было хорошо, просто, чтобы не связывал своё будущее или будущее своих детей с другой страной (а это как полуколония, то есть семья живёт в одном месте, а работа здесь), вот мне кажется, это важно.

И я хотел спросить, вопрос у меня. У меня есть конкретные предложения, как организовать такую работу (там я их в принципе излагал где-то). Но как сейчас будет работать экспертный совет на этапе завязи, когда всё складывается, формируется? Хочется внести вклад в то, как направить ход работы выбранной команды, как вам помочь, по крайней мере постараться, чтобы выслушали и решили, как можно это использовать. Как этот механизм будет работать, он выработан уже?

В.В.Путин: Во-первых, я согласен, действительно, упор должен быть сделан на конкретных людей, мы должны этих людей искать и помогать им реализовываться.

Ю.О.Алашеев: Я так и понял.

В.В.Путин: Это может быть не один проект, это может быть сто проектов.

Ю.О.Алашеев: Как правило, да.

В.В.Путин: Мы недавно начали осуществлять грантную поддержку учёных через высшие учебные заведения. Но деньги мы даём (этот грант, по-моему, 150 млн рублей) не учебному или научному заведению…

Ю.О.Алашеев: А конкретному человеку.

В.В.Путин: А конкретному ученому, у которого есть идеи. Он эти средства получает, он набирает свою команду, он начинает реализовывать свои проекты. На самом деле во многих странах такие схемы реализуются.

Ю.О.Алашеев: Я так и понял, что это будет главное отличие.

В.В.Путин: Да.

Ю.О.Алашеев: Не столько правильно заполненные 200 страниц, сколько человек, который за ними стоит.

В.В.Путин: Да. Мне бы действительно этого хотелось бы. Вы сказали, что у вас есть свои предложения. Пожалуйста, сформулируйте.

Ю.О.Алашеев: Сейчас?

В.В.Путин: А что тянуть лямку?

Ю.О.Алашеев: Могу, конечно. Мне кажется, что главная проблема бизнеса, на мой взгляд, не столько барьеры и доступ ресурсов. У меня работает тысяча человек, около 6 млрд оборот, и для меня главная проблема – это неравенство конкуренции. Если я плачу 100 млн в месяц налогов, а мой конкурент не платит, надеясь откупиться от милиции, когда она придёт, то он получает прибыль, а я нет. Соответственно, этой прибыли не хватает на развитие, привлечение лучших специалистов, обучение.

Второе – это действительно профессионализм (то, о чём говорили по молодым профессионалам, по образованию), начиная с меня самого (я учился на физика, а сейчас занимаюсь бизнесом – это другое дело), – так и многих других людей, которых трудно привлекать. Нет профессиональных сообществ, нет профессиональных стандартов. Это вторая проблема, и это прежде всего надо решать.

Пока в коридоре стояли, говорили… Я думал, что собрался ректорат учебного заведения: говорят, что-то у нас студенты не очень, аспиранты не очень: не очень учатся, не лучшие в аспиранты попадают и выпускаются, и имидж плохой – не хочет никто в наш университет поступать… Давайте им какие-нибудь проекты сделаем, например, wi-fi протянем везде. Хорошо, wi-fi, удобно учиться. Или учебники перепишем, или ещё что-нибудь такое сделаем. А главная проблема – что списывают, и как-то договариваются с преподавателями, и тем самым учатся. Тем самым снижается мотивация, собственно, к учёбе – к решению задач, грызть гранит и так далее.

В.В.Путин: Климат образовательного процесса другой…

Ю.О.Алашеев: И, естественно, имидж у этого учебного заведения – не очень. А дальше как его изменить? Всегда будут списывать. Всегда говорят про коррупцию. Вот такого рода вещи, нерыночные механизмы всегда есть во всех странах, везде много. Вопрос тем не менее в масштабе. Как и студенты институтов, всегда списывают. Но одно дело, это там где-то что-то, а другое дело – это когда все знают, сколько какой экзамен стоит и так далее. И вот это центральная проблема, для меня по крайней мере.

И если в этом смысле АСИ… Вот такую проблему решать надо прежде всего путём… Каким путём? Отбирать людей, которые изнутри отлично знают, как это прекратить, то есть, грубо говоря, со студентами договариваться, которые грызут… У нас на самом деле таких много. Может, в процентах там не очень, а единиц, как вот конкурс показал, как общение показывает, много готовых грызть гранит.

И помогать им продвигать проекты. Тут с этим я согласен: надо всё равно продвигать проекты, потому что реальная работа должна быть не вообще – как говорят,  надо не просто призывать улицы чистить, а идти и подметать.  В этом смысле работа должна быть реальная. Но у большинства таких людей (у многих, которые подали заявки в агентство) уже находится много реально работающих проектов: они уже находятся в процессе. Я вот уже, кроме четырёх заявок, по просьбе Анны Григорьевны отправил социальные проекты, не связанные с бизнесом. Я думаю, таких людей много и, помогая им, можно продвигать эти проекты.

В Сколково, допустим, заполняешь эти заявки… Там сложная процедура, очень формальная, то есть ты должен что-то такое заполнить-заполнить-заполнить, потом тебе говорят: формально устав неправильно написан (я сегодня получил такой ответ). А человека вообще нет за проектом, то есть рассматривается только проект, а намного важнее человек. А как ещё людей отбирать? Первое – опыт, доказанная успешность и способность что-то делать. Второе – выявленные нравственные позиции, человек как-то себя проявит. И уже существующие проекты (я бы вот так отбирал), которые уже работают. Не только, что у него какие-то там есть мысли, а он уже что-то такое сделал реальное, не только придумал, а уже год работает в этом проекте, и ему в этом помочь. Тем самым с помощью этих людей мы сможем наводить порядок в каждой группе, что называется. Если опять к институту возвращаться, кто там какой новый способ придумал. А он говорит: вот этот нечестно решал, притащил с собой айпад и как-то с него списал. И он это дело просто прикрывает. Причём это всё надо делать медленно. Что самое главное – чтобы не было опять резких поворотов.

В.В.Путин: Вот, Юрий Олегович важные вещи сказал, и мне кажется, что нужно это учесть при старте работы, особенно в рамках наблюдательно-экспертного совета.

Ю.О.Алашеев: Я почему и старался спросить всех, в коридорах спрашивал, ко всем приставал: как сейчас будет это всё?

В.В.Путин: Вот так примерно и задумывается. В экспертном совете давайте продумайте, предложите, пускай Андрей Сергеевич (А.С.Никитин) возьмётся и вместе с вами привлекает других коллег.

Ю.О.Алашеев: Вот я очень хочу...

В.В.Путин: Попёрло, пошло.

Ю.О.Алашеев: Два месяца прошли, энтузиазм у меня потихоньку падал, потому что даже при заявленной открытости – при всём – на самом деле всё равно как-то трудно: не поймёшь, куда, чего, кому. Непонятно. Не сильно-то открыто проходил конкурс. Где-то часть, вроде бы конкурсанты, приезжаем в Екатеринбург внезапно, часть конкурсантов приходит через VIP-комнату и садится в президиуме (хотя мы вроде как конкурируем), часть с заднего двора, в общем… Это как-то на конкурс накладывает тень, что он какой-то не очень-то нормальный.

В.В.Путин: А вот мы сейчас выявим всех, кто это делал… Кто там через заднее крыльцо проходил?

Ю.О.Алашеев: Нет, в смысле как бы нет, так было просто сделано… На собеседование приглашали: в четверг утром приглашают, я не могу прийти в этот четверг (три дня назад), говорю, хотя бы как-то можно за два дня сказать – меня нет? Ну, значит, всё – мимо денег. То есть так как-то всё вроде открыто… Потом, где вот эти две тысячи? Если открыто, надо написать как в институте, когда поступаешь: раз – поступил: столбик, потом списки сдавших экзамены по математике, раз – написано: отметка написана, по физике… Открыто, а тут чего-то как-то всё не очень открыто.

Реплика: А можно короткую справку, Владимир Владимирович?

Ю.О.Алашеев: Я просто надеюсь сейчас, когда уже команда сформирована…

В.В.Путин: Юрий Олегович, но что хорошо: что вы тем не менее здесь, в здании Правительства, и об этом говорите открыто.

Ю.О.Алашеев: А я что сказал – чувства двойственные: с одной стороны, день рождения, праздник вроде, всё вроде хорошо, а с другой стороны – как бы опять оно всё в песок не ушло.

В.В.Путин: Нет, вот чтобы так не было – туда, вниз, а наоборот, чтобы у нас только всё было вверх (как я говорил, по-моему, на видеоконференции), – я предлагаю с самого начала в рамках этого нашего экспертного совета, наблюдательного совета, вместе с коллегами, которые сейчас названы в качестве основных организаторов, модераторов этой совместной работы, прямо формулировать предложения и договариваться о совместной работе. Я сказал это вначале и хочу ещё раз повторить, и чувствую, что не ошибся, после того как Юрий Олегович выступил: каждый должен быть востребован, услышан, но и корректировка, конечно, должна быть сделана в направлении конкретных людей.

Ю.О.Алашеев: С технологий на самом деле на людей, с людей – на ценности, которые их объединяют.

В.В.Путин: Да-да-да. И так уже должна быть выработана технология работы с проектами, с конкретными направлениями.

Ю.О.Алашеев: Но стартовать-то лучше всё-таки с ценностей. Люди, а потом уже проекты.

В.В.Путин: Разумеется.

Ю.О.Алашеев: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста, Пётр Георгиевич.

П.Г.Щедровицкий (советник генерального директора государственной корпорации «Росатом»): Спасибо, Владимир Владимирович. Я два акцента хотел бы внести, особенно с учётом последнего выступления. Действительно, у нас работает много институтов развития, но все они работают по отсекающему принципу, то есть надо подать проект, и есть определённая система критериев: если ты вписался в неё, то твой проект дальше идёт по технологии, и модель такая, что проект надо туда принести.

Мне кажется, что один из важных элементов деятельности Агентства стратегических инициатив – это не отбор, а инициация, потому что проекты тоже имеют какое-то родовое место. Они когда-то родились, их вынашивали. Не секрет, что сегодня по действующим институтам развития носят одни и те же проекты, и родились они давно, много лет назад.

А процесс инициации чрезвычайно сложный, потому что смерть у идей иногда наступает на самой ранней стадии. Извините за биологическую метафору, но идей, как мальков, рождается вроде бы много, а потом они гибнут, и гибнет процентов 80. А самое главное – что гибнут они в основном в голове у автора, ещё не получив дальнейшего движения и не превратившись ни в оформленную бумагу, ни в какой-то бизнес-план. Умирают просто потому, что человек сам себе не доверяет: тюремщики-то внутри нас.

Мне кажется, если нам удастся в деятельность агентства ввести этот механизм инициации хотя бы по такому принципу, что если вы будете двигаться в этом, этом и этом направлениях, то через два-три года у вас есть шанс выйти с проектом. Эту идею очень важно донести, и здесь действительно нужен неинституциональный гарант, потому что формальные институты так действовать не могут.

И второй акцент – это синергия, потому что один проект – это всё-таки всегда некая часть деятельности. Проекты подкрепляют друг к другу, они складываются в цепочки, они друг друга дополняют, они придают друг другу силу. Один из примеров – это то, что мы сейчас пытаемся делать в области региональных так называемых кластеров, или длинных цепочек добавленной стоимости, которые возникают на территории в близкой доступности друг к другу, чтобы был оборот идей, людей, технологий, чтобы была взаимная поддержка.

Только что в Железногорске мы проводили такую сессию по развитию этого территориального кластера. Вы знаете, там масса мест для среднего бизнеса, потому что два крупных предприятия – предприятие, которое занимается интеллектуальными спутниковыми системами, и горно-химический комбинат… А есть масса запросов у этих предприятий в связи с их программами развития на проекты среднего и малого уровня. Технопарк, промзона – туда можно «высаживать» эти проекты, и фактически там можно сделать ещё один этап конкурса Агентства стратегических инициатив на те проекты, которые уже востребованы, под них есть малый рынок, хотя бы здесь, внутри этих технологий.

Ну а раз так, третий момент – это, конечно, мобильность, потому что сети, безусловно, очень важны, и информационный обмен, безусловно, очень нужен. Но в какой-то момент нужно будет, возможно, где-то создать свой филиал. Например, композит нового бизнеса – там, в Железногорске, потому что там это тема – востребованная: там нужны очень высокого качества решения, которых сегодня им недостает. Тогда создать там дочернее предприятие вместе с заинтересованными игроками и за счёт этого усилить и ваш бизнес, и бизнес этих коллег. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо большое

Пожалуйста, Дарья Андреевна.

Д.А.Халтурина (руководитель группы мониторинга стратегических рисков Центра цивилизационных и региональных исследований Института Африки РАН): Спасибо. Очень волнуюсь, впервые на встрече такого высокого уровня. Я тоже представляю социальный сектор и хотела бы сказать, что есть проекты в социальной сфере, которые не ограничиваются, конечно же, только социальным обслуживанием и так далее, которые с точки зрения короткого взгляда совсем неокупаемые, но, если посмотреть чуть дальше, могут иметь колоссальную общественную выгоду.

В частности, я координатор общенациональной антиалкогольной и антитабачной коалиции общественных организаций, то есть у нас в каждую входят десятки различных общественных организаций – от совсем низовых, которые в городе Коврове что-то делают, до таких, которые работают с ООН, Всемирной организацией здравоохранения и так далее.

На самом деле может показаться, что мы как-то вас мучаем, достаем, пишем письма, просим передать регулирование табака Минздраву от Минсельхоза и так далее. А на самом деле ведь мы очень выгодные для общества и для государства. Например, если ввести сейчас то, что мы продвигаем, – на пачках сигарет страшные картинки, то бросят курить 10 млн человек. Они проживут на 10 лет дольше, будут работать на бизнес, не нужно будет платить за онкологические заболевания и т.д. Но ведь подобные проекты существуют не только в нашей сфере. Они существуют…

В.В.Путин: Какие страшные картинки дальше вы хотите?

Д.А.Халтурина: Ну, рак лёгкого, как в сорока странах.

В.В.Путин: Ужасно.

Д.А.Халтурина: Почему? Это здорово, это замечательно. Гангрена…

В.В.Путин: В смысле картинка замечательная?

Д.А.Халтурина: Конечно. Представляете, всего лишь меняешь дизайн пачки сигарет, и 10 млн бросают курить.

Реплика: Это создаёт новый рынок специальных коробочек для сигарет. В Европе очень популярны.

В.В.Путин: Бог с ним, с этим рынком. Может быть, это действительно эффективно будет, потому что какие-то ролики (то ли в прошлом году…) были такие неприятные, на них было противно смотреть, антиалкогольные. Действительно, говорят, эффективно работали.

Д.А.Халтурина: Да-да, это как раз отец Тихон создавал. Он очень талантливый человек. Это работало. Но это не только в своей сфере. Я совершенно не только свою сферу продвигаю. Подобные национальные коалиции, НКО могут быть эффективны в самых различных сферах – например, за потребление йодированной соли, за хорошее изучение английского языка. Ведь вы, Владимир Владимирович, говорили, что столько лет учили немецкий язык, а реально выучили в Германии. Ведь у нас абсолютно то же самое и с английским происходит. Поэтому мы хотим попросить, чтобы поддержка подобного рода проектов, которые как-то в общем-то не вполне бизнес (хотя по уровню профессионалов это должны быть люди уровня среднего бизнеса), тоже всё-таки нашла место. Это совершенно необязательно финансовая поддержка. Нам необходимо учить нашу общественность говорить с властями не в какой-то оппозиционной манере, а поддерживать нормальный диалог, работать со СМИ, искать финансирование. Всё-таки просим, чтобы эта сфера тоже имела некую поддержку.  Я думаю, что мы найдём общий язык, уже нашли в общем-то его. Единственное, что хочется, чтобы всё это на уровне программных документов тоже было. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо. Михаил Владимирович, пожалуйста.

М.В.Медведев (генеральный директор ООО «Интрейдинвест»): Спасибо, Владимир Владимирович. Уважаемые коллеги, я бы хотел вам предложить поддержать Петра Георгиевича и даже на стадии обсуждения уйти от термина «отбор проекта». Мне кажется, ещё в процессе создания агентства был допущен такой не совсем правильный крен. Отчасти, это было связано с переносом тех инструментов, которые действуют в институтах развития. Мне кажется, что здесь важно понимать, что если мы запустим сейчас – а это уже было сделано фактически на сайте агентства – некий рейтинг, некий отбор, то при правильной, при корректной экспертизе этих проектов (во-первых, скажем, что проектами они не являются, и, для того чтобы они стали проектами, нужно провести большую серьёзную работу; будем называть их «заявками на проекты», не более того), даже если, превратив их в проекты, мы их начнем отсеивать, то 90% из этих проектов не пройдёт экспертизу.

Я понимаю, что здесь много людей, так или иначе связанных с инвестиционным бизнесом. Все это прекрасно понимаем. В итоге мы породим из 100 людей, которые поверили в агентство, 90 разочарованных людей, которые в следующий раз не сделают этого шага и не попытаются собственный бизнес создать. То есть предложение всё-таки здесь такое: акцент делать не на отбор проектов, а на поддержку и сопровождение, и ни в коем случае не скатываться на путь, которым идут институты развития.

Второй момент. Опять же на стадии создания, обсуждения возникало несколько версий целей и стратегий агентства. Я бы предложил, если коллеги поддержат такую формулировку: стратегической целью агентства должна стать выработка и реализация принципиально новых механизмов воздействия со стороны государства и общества на процесс модернизации экономики и изменения социальной структуры общества. В части социальных проектов это означает, например, то, что мы можем отдельные инициативы опробовать на уровне регионов, то есть то, что нельзя сделать и неправильно делать в масштабах всей Российской Федерации, можно апробировать, поддержать на уровне региона (это и инфраструктурные проекты в области поддержки бизнеса, и социальные проекты), и впоследствии сделать их основой для неких государственных программ поддержки, которые уже будут реализовываться с учётом полученного опыта, допущенных ошибок и т.д. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо. Пожалуйста, Алла Александровна.

А.А.Вучкович (директор департамента управления персоналом ОАО «Объединенная авиастроительная корпорация»): Спасибо, Владимир Владимирович. Я – директор по персоналу Объединенной авиастроительной корпорации. И я последние 15 лет своей профессиональной карьеры только людьми занимаюсь. Я пришла в авиастроение пять лет назад и столкнулась с тем, что называется несоответствием структуры образования потребностям рынка. Во-первых, специалисты: нам нужно было как-то менять образ авиастроения как работодателя, для того чтобы привлечь молодых людей. А во-вторых, мы сталкивались с тем, как и все много раз про это говорили, что люди, которые к нам приходили, нам их приходилось доучивать не два месяца, как Вы доучивали немецкий язык в Германии, а по два года…

В.В.Путин: Вот я чувствую, зря я ляпнул, теперь ведь привяжется.

А.А.Вучкович: Я сделала вывод, что и Вы учились хорошо, и Вас учили хорошо. А вот здесь немножко побольше было проблем.

В.В.Путин: Я бы хотел сказать, что если бы прежней подготовки не было, то, наверное, я за два месяца вряд ли его довёл бы до рабочего состояния. У нас, знаете, даже была такая… Причём это у всех было одинаково. Я хочу сказать, что я не самый тупой там был, было даже такое понятие, мы называли это «телефонная болезнь». Это когда телефон звонит - а мы сотрудничали, ну работали очень плотно с нашими немецкими коллегами со всяких учреждений, не только из этой «Штази», из МГБ ГДР, разные звонили. Звонит – трубку снимаешь, а там прррр… бум. Потом они уже знали (все приезжающие примерно вели себя таким образом) и резиденту говорили: Вы передайте, там новый приехал, чтобы он позвал кого-нибудь, не бросал трубку. Но это проходит быстро и только в том случае, если база есть.

А.А.Вучкович: Я Вас очень хорошо понимаю.

В.В.Путин: Если базы нет совсем, то за два месяца, конечно, до рабочего состояния довести невозможно.

А.А.Вучкович: И мы то же самое – сталкивались со специалистами, инженерами, которые к нам пришли. Мы знали, что некоторые компании просто отказываются от услуг образования в какой-то области и перетаскивают это на себя и начинают сами для себя готовить специалистов. Но я убеждена (это показал наш опыт), что в какой-то момент эти компании остаются без ресурсов, даже не без денежных, но без ресурсов в технологиях образовательных, без ресурсов людей, которые обучают, и так далее. И мы вынуждены были находить язык со сферой образования. Мы начали как раз, мы были одними из первых, которые начали разрабатывать профессиональные стандарты, и в то время как-то сразу нескольких отраслей эти профессиональные стандарты начали разрабатывать.

Я хотела бы сказать, что профессиональный стандарт – это лишь ядро, это лишь инструмент. На это ядро, на этот инструмент нанизывается огромное количество других проектов, которые, собственно, позволяют отобрать талантливых людей, обучить талантливых людей, продвигать талантливых людей и мотивировать талантливых молодых людей, которые потом становятся немолодыми, начинают обучать других талантливых людей. Одна из главных проблем, которая здесь стоит и которую, я думаю, агентство может как раз помочь решить, – это отсутствие смычки между профессиональными образовательными стандартами. Образовательный стандарт – это про одно, а профессиональный стандарт – это про другое. Это просто как, знаете, русский и китайский язык: может быть, где-то есть соприкосновения, но о них никто не знает.
Это большая сфера: создание системы оценки выпускников, которые приходят, независимой сертификации, которые потом позволяют продвигать по уровням профессионального стандарта, соответственно осуществлять какие-то карьерные задачи, которые ставят перед собой молодые люди. Это может быть и аккредитация образовательных программ со стороны работодателя. Мы сделали первые попытки разработать методики этого, и я подумала вот о чём. Вот было сказано, что в работе агентства в принципе делается мало. Ну, смотря с чем сравнивать. Многие отрасли уже начали этот путь, но то, что отсутствует система по рамке национальных квалификаций, профессиональных стандартов, это правда. Поэтому мне очень понравилось, здесь кто-то из моих коллег сказал о том, что агентство должно с инициативой выступать, должно инициировать. Здесь нужно по направлению «Молодые профессионалы» обязательно инициировать создание такой системы и найти какие-то мотивационные инструменты, мотивационный механизм крупному бизнесу, чтобы он делился теми наработками (я думаю, не только по этому направлению), которые у него уже есть. Я точно знаю, что по направлению «Профстандарты», «Профессиональная аккредитация» такие наработки есть. Мы, со своей стороны, готовы делиться также тем, что у нас есть. Мне также интересно узнать, что есть у других, и интересно научить других тому, что умеем мы.

И второе. Мы всё время говорим о преодолении административных барьеров. Я бы хотела уточнить, что это означает. Мне кажется, что это преодоление административных барьеров не только во внедрении каждого конкретного проекта, но и в создании некой базы, в том числе законодательной базы, которая позволит те инициативы, которые были сделаны в тех или иных направлениях, как-то продвинуть. Вот такой пример: это несоответствие профессиональных и образовательных стандартов. Почему? Потому что нет никакой юридической, нет никакой легальной базы для того, чтобы профессиональные стандарты становились обязательными для сферы образования. Поэтому если агентство добавит к своим задачам создание некой базы знаний, сбора всего того, что сделали другие (крупные ли корпорации, средний ли бизнес или даже какие-то мелкие предприятия) и даст возможность пользоваться результатами того, что уже было сделано, и, во-вторых, будет выступать с инициативами, собирать вот такие законодательные инициативы и выступать с этими законодательными инициативами и в дальнейшем их продвигать… Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо.

Вы знаете, нам точно надо завершать потихонечку. Давайте ещё три выступающих и закончим. Пожалуйста, прошу вас, Ирина Геннадьевна.

И.Г.Мастусова (генеральный директор Фонда поддержки инициатив в области семьи и детства): Спасибо. Хотела бы обратить внимание собравшихся на такую, с одной стороны – абсолютно значимую тему, как детство. Тема детства вошла в мою жизнь восемь лет назад вместе с проектом «Смешарики», тогда ещё никому не ведомым. Должна сказать, что большую роль в том, что через несколько лет проект получил Государственную премию - высшую награду Российской Федерации (это большая честь) сыграло то, что проект изначально создавался как социально значимый.

Конечно, вся мера ответственности за подрастающее поколение пришла не сразу, а уже в процессе разворачивания этого проекта, потому что было понятно, что мы работаем в медийной сфере, работаем с таким тонким и важным механизмом, как доверие и любовь детей и родителей. Хочу сказать, что за эти годы проектом был накоплен огромный потенциал в области проектирования и реализации социальных проектов. Конечно, в какой-то момент стало понятно, что эта проблема выходит за рамки коммерческого проекта, был создан фонд, который я представляю – Национальный детский фонд, и сейчас мы в содружестве с бизнесом, некоммерческими организациями, властью работаем над созданием социальной инфраструктуры детства. И в этом смысле тоже у нас очень большой опыт, который может быть транслирован на всю социальную сферу, потому что это очень показательная, сферная тема. Я вот даже сейчас сидела и подумала, что мы существуем как некоторое маленькое АСИ в сфере детства, потому что решаем эти задачи в таком конкретном… Но я считаю, что это самая важная задача, потому что люди, особенно дети, являются стратегическим ресурсом развития страны и от них зависит наше будущее, которым нужно заниматься прямо сейчас.

В.В.Путин: Красивый проект.  Красиво, действительно.

Пожалуйста.

К.В.Варламов (генеральный директор ЗАО «Наумен»): Здравствуйте. Спасибо, Владимир Владимирович. Я бы хотел сказать о таком достаточно важном, на мой взгляд,  приоритете для Агентства стратегических инициатив, как импортозамещение. Здесь, на мой взгляд, не нужно создавать каких-то специальных преференций для отечественных поставщиков и искать каких-то простых решений – то есть их нет: я думаю, что в каждой отрасли и в каждой области есть свои какие-то рецепты. На мой взгляд, основная задача, которая может быть сформулирована, – это создание равных конкурентных условий для отечественных производителей и поставщиков, потому что в условиях достаточно большой коррупции с одной стороны, с другой стороны – зачастую рынок государственных закупок и рынок госкорпораций формирует большую долю рынка в некоторых сегментах. И вот здесь, на мой взгляд, важно обеспечить равные конкурентные условия.

В.В.Путин: Ну знаете, импортное замещение само по себе не является абсолютной целью, потому что нам нужно двигаться в тех направлениях, где мы являемся или можем быть конкурентоспособными. А некоторые вещи, может быть, целесообразнее покупать по импорту. Исключение – это только сфера оборонной безопасности.

К.В.Варламов: Я хотел бы пояснить, что зачастую те компании, которые работают и успешно конкурируют на российском рынке, имеют потенциал и развитие на мировом рынке. Вот, в частности, в области информационных технологий, где мы работаем, это так. И, создавая здесь, в России, рынок для таких компаний, мы позволяем этим компаниям развиваться.

В.В.Путин: Полностью согласен. Прошу вас.

В.Н.Скитяев (директор по развитию ЗАО «Интерскол»): Спасибо. Один системный инструмент, который можно быстро реализовать в АСИ - это прозрачность. То есть запрос на прозрачность, как мы уже слышали, идёт очень сильный от среднего бизнеса. И, с другой стороны, все дела тёмные делаются в мутной воде: административные барьеры, дискриминация, нарушения конкурентных условий и даже то же рейдерство очень часто происходят под покровом информационной темноты. И в принципе достаточно легко с помощью сайта и той активности, которую уже показал сайт АСИ, выводить, сделать такую интерактивную карту, может быть, всей России даже, которая бы отображала, условно говоря, нарушения какие-то, рейдерство, что-то такое, с чем можно бороться, просто показав, что это есть.

В.В.Путин: У нас создаются там рейтинги среди тех, кто добивается наилучших показателей в создании условий для бизнеса, а можно, конечно, показать и тех, кто занимает там нижние строки.

В.Н.Скитяев: То есть своего рода такой «мини-Викиликс» целенаправленный.

В.В.Путин: Можно, можно, и в принципе агентство вполне может это делать: это неправительственная организация, вполне, вполне может делать. Пожалуйста.

С.И.Воробьёв (председатель совета директоров компании «Уорд Хауэлл»): Раз уже не я тут поднял тему про человека, то не могу молчать. Так уж получилось, что я физик, а занимаюсь человеком. Вот лидерством мы занимаемся. В Екатеринбурге мы Вам сказали, Владимир Владимирович, что мы проблему разобрали, а Вы сказали: давайте собирайте. Мы попробовали собрать, но пришлось покуситься на святое – на миссию агентства, иначе у нас не собиралось. Соответственно, мы написали свой альтернативный вариант. Мне кажется, каждый начинает приспосабливаться к своему: АСИ про это, АСИ про это, а у нас вообще ничего нет про человека, у нас всегда по остаточному принципу, и там ещё дальше, чем культура. А почему АСИ не может быть институтом развития человека, институтом развития лидерства? У нас в пример детям некого показывать. Вот я вопрос задаю: гаишник о чём со своими детьми разговаривает? Он чему их может научить?

Поделитесь, Владимир Владимирович, местом в сердце русского человека. Давайте придумаем героя, с которого хочется брать пример. Это будет созидательный герой. Давайте дадим ему место для подвига. Герой не может просто так сидеть, он должен трудиться. Но если миссия будет звучать «развитие созидательного лидерства через стратегические инициативы», то, значит, на смерть или куда попало не посылаем, потому что он может и погибнуть, если он пошёл на авгиевы конюшни, но посылаем, чтобы развивался, а не чтобы погиб. И тогда этот оселок, эту рамку можно наложить на всю деятельность.

Соответственно, ещё раз: миссия – это развитие созидательного лидерства через стратегические инициативы. И тогда механизм собирается, то есть отбираем тех, кто уже чемпион, на кого хочется делать ставку, у кого впереди больше, чем сзади, я извиняюсь. Тот, кто (я могу допустить) будет заботиться обо мне и моих детях, а не только о себе. А иначе зачем он мне? Помогаем ему развиваться лично и даём ему место для подвига. А у нас этих мест вот: вот вам социальная инициатива, вот вам инфраструктура, вот вам реформа образования – всё, что угодно. В результате добиваемся позитивных изменений в обществе, за которые можно уважать этого другого героя, и получаем наконец-то конкурентоспособное развитие. Вот картинку нарисовал. Спасибо.

 

В.В.Путин: Спасибо. Я хочу полностью поддержать, что нам нужны позитивные примеры и а) они у нас есть, б) они у нас есть в разных сферах деятельности, как ни покажется странным, в том числе и у гаишников. Вот вы сказали обидную для них фразу: «Чему гаишник может научить своих детей?» У нас немало случаев, когда сотрудники милиции, работающие на транспорте, проявляют чудеса героизма: машины свои подставляют, чтобы спасти жизнь детей, и сами гибнут. Поэтому у нас всё, что связано с негативными проявлениями, коррупцией, бюрократизмом, это есть, но это проблема общества в целом. Есть сферы, где это проявляется наиболее противным образом. Конечно, общество обращает на это внимание. Но идея очень правильная.

Давайте всё-таки будем завершать. Пожалуйста.

В.В.Максимов (советник гендиректора ФГУ по реализации федеральной целевой программы «Модернизация транспортной системы России»): Спасибо большое, тем более если на мне завершается сегодняшнее заседание. Я долгие годы занимаюсь реализацией инвестиционных проектов прежде всего в транспорте и на основе государственно-частного партнёрства, поэтому хотелось бы некоторые (я уже не про людей, а скорее про проекты) практические особенности при реализации проекта и предоставлении проекта Агентству стратегических инициатив отметить. В первую очередь это касательно ожиданий общества от нашего агентства. Я считаю, что в этой связи пропускная способность должна быть достаточно высокая. Как её обеспечить? Мне кажется, здесь нужно не только денежные формы поддержки осуществлять, но и неденежные, если угодно – консультационного характера, методологического. То есть если человек не знает, как реализовать проект, ему могут это объяснить, не обязательно давая деньги. Может быть, даже какие-то практические семинары. За счёт этого мы сможем обеспечить гораздо более широкую переработку, если угодно, этих проектов, нежели просто путём финансовой поддержки.

Второй момент касается теперь уже финансовой поддержки. У нас фактически все наши направления, которые сейчас обозначены в Агентстве стратегических инициатив, нуждаются в деньгах. То есть фактически эта часть привлечения инвестиций – общая в каждом из этих направлений. Может быть, более эффективно эту часть по работе с институтами развития или с фондами прямых инвестиций выделить в отдельное какое-то структурное подразделение, задача которого – обеспечить финансированием всё то, что принесут те направления.

Третий момент. Это скорее уже предложение. Как раз сейчас, когда идёт процесс становления, я считаю, и генеральному директору, и руководителям направлений было бы полезно использовать опыт экспертного совета. Возникает вопрос – как? Может быть, те коллеги, которые живут и трудятся в Москве… можно ввести такой институт, как советники генерального директора и директоров направлений, которые способны оказать консультацию в зоне своей компетенции. Я думаю, что это будет эффективно, особенно на начальном этапе.

В.В.Путин: Почему только в Москве? Современные средства коммуникации позволяют общаться в режиме онлайн где угодно. Главное, чтобы человек был.

В.В.Максимов: Да, Владимир Владимирович, я думаю, что было бы полезно.

В.В.Путин: Хорошая идея и абсолютно правильная.

Я предлагаю всё-таки нам перейти к завершению и вот что хотел бы сказать в конце. Несколько раз… и последний выступающий, Виталий Вячеславович, как раз говорил о рисках, которые у нас с вами… Я говорю: «у нас с вами», потому что вы вписались в эту историю, и вы не просто участники этого проекта, вы те люди, которые его реализуют, взяли на себя определённые функции по реализации этого проекта. Риск, конечно, есть, потому что проблем очень много, и только исключительно этой структурой, агентством, мы, конечно, всех проблем в стране не решим, связанных с развитием человека, с бизнесом, с устранением барьеров административных, с коррупцией. Ну, невозможно. Это должна быть системная, многолетняя работа всего общества и государства. Риски есть.

Я боюсь навлечь сейчас на себя гнев Халтуриной Дарьи Андреевны и всех, кто борется с табакокурением и алкоголизмом, но позволю себе употребить известную фразу: «Кто не рискует – тот не пьёт шампанское». Есть ещё одно хорошее известное выражение: «Дорогу осилит идущий». Нужно двигаться к благородной цели. Хорошо известна эта библейская история о том, как Моисей водил еврейский народ 40 лет по пустыне. Разные были мотивы, наверное. Но мне кажется, что одним из этих мотивов было желание избавиться от всего прошлого, от всего негативного прошлого, создать новый народ. Мы с вами не можем 40 лет водить российский народ по пустыне по целому ряду соображений. Но нам нужны какие-то инструменты, которые реально отсекали бы всё, что нам мешает идти вперёд, освобождали бы путь к прогрессу, к инновациям, к новому, создавали бы новую страну.

Здесь уже приводились примеры, связанные с новыми продуктами на рынке. Приводился пример с какой-то новой пилой, которая всё пилит, а как она работает – непонятно, потому что там мотор такой маленький и спрятан так, что его и заметить невозможно. Но она эффективно работает. Мне бы очень хотелось, чтобы вот это агентство, которое мы с вами создаём, превратилось вот в такую «пилу», с помощью которой мы разрежем все гордиевы узлы.

Большое вам спасибо, и надеюсь, что мы сейчас завершаем работу этой нашей встречи, на этом совещании, если так можно назвать, а коллеги, которые призваны организовывать её в практическом плане, самым активным образом её продолжат. Это прежде всего их ответственность. Мы со своей стороны – и я, и министр экономического развития, и аппарат Правительства – будем вас только поддерживать. Но на самом деле мы сейчас хотели бы, чтобы вы взяли это в свои руки. Спасибо, всего доброго!

Источник: Правительство России
Новости
117 15.07.2014 Владимир Путин принимает участие в работе саммита БРИКС

подробнее
116 14.07.2014 Россия приняла эстафету проведения чемпионата мира по футболу

подробнее
архив новостей
Официально
46 14.07.2014 Заявление для прессы по итогам российско-бразильских переговоров

подробнее
45 12.07.2014 Заявления для прессы по итогам российско-аргентинских переговоров

подробнее
архив новостей
Документы
3 15.07.2014 ФОРТАЛЕЗСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ (принята по итогам шестого саммита БРИКС)

подробнее
2 20.05.2014 Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о новом этапе отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия

подробнее
архив новостей
Полезные ссылки



Арт-школа "Одарёные дети мира"

8 (495) 567 06 16


http://www.youtube.com/watch?v=GvmOA91OOyk


Новогодний мюзикл
"Сердце Снегурочки"

WWW.SNOWMAIDEN.NGMC-CINEMA.RU +



Новогоднее представление
"В гостях у Снегурочки"

WWW.SNOWMAIDEN.NGMC-CINEMA.RU






Поддерживая плюрализм мнений, редакция не несет ответственности за содержание материалов рубрики "Без комментариев"

АСЕАН, АТЭС, ЕВРАЗЭС, Единая Россия, ОПЕК, СНГ, ШОС