на главную
 
  Искать Написать в редакцию Добавить в избранное   Колонка редактора Обзоры Без комментариев Новости Официально Документы
 
  
Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на встрече со студентами и коллективом Дипломатической академии МИД России
 
 
Москва, 25 февраля 2013 года

Уважаемый Евгений Петрович,

Уважаемые коллеги, друзья,

Прежде всего, хотел бы поздравить всех присутствующих с Днем Дипломатической академии, который вы отметили одновременно с днем Св.Валентина - 14 февраля. Не знаю, что кроется в этом символе, но так получилось.

Мы ценим работу вашего профессорско-преподавательского коллектива. Приветствуем усилия руководства Дипакадемии по повышению эффективности ее деятельности. Считаем важным стремление сохранить самое тесное взаимодействие с Министерством иностранных дел, с российскими загранучреждениями, обеспечивать органическую связь между теоретическими знаниями и практическими требованиями, которые выдвигаются для специалистов-международников. Дипакадемия вносит все более заметный вклад в непростой процесс осмысления происходящих в мире глубоких перемен. Считаю, что ДА должна активнее рассказывать, чем она живет, какие реализует проекты. Недавно ректор Дипломатической академии Е.П.Бажанов написал статью, которая заслуживает развития в более серьезный и крупный материал для публикации в СМИ. Уверен, что присутствующие здесь коллеги из средств массовой информации поддержат такое начинание. Считаю, что важно всячески поощрять подобный интерес.

Изменения в геополитическом ландшафте носят, действительно, масштабный характер. Вы знаете о мировом финансово-экономическом кризисе, перераспределении баланса сил в мировых делах, резком усилении турбулентности в различных регионах, прежде всего на Ближнем Востоке и в Северной Африке, повышении значимости культурно-цивилизационного измерения конкуренции в мире. В целом международные отношения становятся все более сложными и менее предсказуемыми.

Усиление новых тенденций в мировом развитии отражено в утвержденной Президентом В.В.Путиным обновленной Концепции внешней политики Российской Федерации. В документе определены цели, задачи внешней политики страны и основные направления действий по пути их достижения. При этом в его основу положена философия преемственности, следования ключевым принципам нашей внешнеполитической доктрины, которые сформировались в течение последних двух десятилетий, когда, начиная с одобренной в 2000 г. Президентом В.В.Путиным Концепции внешней политики, были зафиксированы ее открытость, предсказуемость, прагматизм, многовекторность, настойчивое, но без конфронтации, продвижение национальных интересов.

Внешняя политики России и далее будет нацелена на создание благоприятных внешних условий для экономического подъема страны, обеспечение международной безопасности и стабильности. Президент России поставил перед нами задачу действовать на опережение, учитывать любые варианты развития ситуации, активно влиять на ход мировых процессов в соответствии с ролью, которая по праву принадлежит России в качестве одного из важных центров силы и влияния в формирующемся полицентричном мироустройстве.

Твердо убеждены, что устойчивость новой международной системы может быть обеспечена только благодаря опоре на верховенство международного права, прежде всего, на принципы Устава ООН. Действовать иначе – делать ставку на вмешательство во внутренние дела суверенных государств и опираться на силу как главный фактор в международных отношениях – значит способствовать усилению хаоса в мировой политике, что в конечном итоге ударит по интересам всех без исключения членов международного сообщества.

Самостоятельный и независимый внешнеполитический курс России в соответствии с ее многовековыми традициями становится все более востребованным. При этом самостоятельность не имеет ничего общего с попытками уходить «в одиночное плавание». Наоборот, мы самым активным образом работаем над выстраиванием коллективных действий в интересах поиска адекватных ответов на общие для всех вызовы современности. Россия энергично участвует в работе ключевых многосторонних форматов. В прошлом году мы председательствовали в АТЭС, в этом году - в «Группе двадцати», а в ближайшие два года будем возглавлять «Группу восьми», БРИКС и ШОС.

Ставим перед собой цель укреплять институты глобального управления. Будем и далее энергично продвигать универсальные принципы равной и неделимой безопасности, последовательно работать в интересах содействия политическому урегулированию конфликтных ситуаций через содействие инклюзивному диалогу всех вовлеченных сторон, ориентируясь на поддержку назревших реформ во вставших на путь преобразований государствах без навязывания извне какой-либо шкалы ценностей и признавая множественность моделей развития.

Наша политика полностью соответствует реалиям взаимозависимого мира XXI века, и мы будем продвигаться вперед в развитии интеграции с соседями, углублении взаимодействия со всеми, кто проявляет встречную готовность сотрудничать на основе равноправия и взаимного учета интересов.

Разумеется, важнейшей частью нашей внешнеполитической деятельности неизменно будет защита прав и законных интересов российских граждан и наших соотечественников, проживающих за рубежом.

Современная российская дипломатия стремится сочетать в себе огромный профессиональный опыт и стремление овладевать самыми современными методами и технологиями, в том числе в экономической и информационной сферах, в использовании механизмов «мягкой силы».

Планка в нашей работе поставлена очень высоко. Спасибо ректору Дипакадемии Е.П.Бажанову за добрые слова о наших успехах, но сейчас для нас самое важное – не отстать от процессов перемен, действовать на опережение, как требует от нас Президент Российской Федерации, и стремиться находить решения, которые максимально обеспечивали бы наш интерес и отвечали бы задаче укрепления стабильности, безопасности вокруг наших границ и в мире в целом.

Рассчитываю, что коллектив Дипакадемии будет вносить весомый вклад в наши совместные усилия. Не буду более подробно останавливаться на различных региональных и функциональных аспектах внешней политики России. Уверен, что те, кто работают и учатся в Дипломатической академии, активно интересуются этими процессами. Концепция внешней политики Российской Федерации была одобрена только на днях. Она полностью раскрывает наши приоритеты и основные направления действий. Уверен, что все с ней ознакомились. Буду готов ответить на имеющиеся у слушателей и профессорско-преподавательского состава вопросы.

Вопрос: Прочитав обновленную Концепцию внешней политики Российской Федерации, обратил внимание на пункты 63, 68, 71, в которых говорится об отношениях России с США и НАТО. В глаза бросаются такие слова, как «недискриминация», «невмешательство во внутренние дела», «уважение взаимных интересов» и «баланс интересов». Можно ли утверждать, что в сфере внешней политики Соединенные Штаты не всегда руководствуются общепризнанными нормами международного права и чаще всего ставят свои интересы выше интересов других государств? Каковы последствия этого для России?

С.В.Лавров: Невмешательство во внутренние дела суверенных государств, равноправие, взаимная выгода – это общепринятые принципы международного права, которыми должны руководствоваться все государства. Следовать им не всегда получается, в том числе и у США. Достаточно вспомнить участие Соединенных Штатов и НАТО в бомбардировках Югославии – грубейшее нарушение Устава ООН, Хельсинского заключительного акта ОБСЕ, когда нападению подверглась страна-член Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Можно вспомнить и иракскую войну, начатую (как впоследствии все убедились) по ложному предлогу и не санкционированную в соответствии с международным правом.

Свежий пример – ситуация, произошедшая недавно в Ливии, когда была грубо искажена резолюция СБ ООН при том, что она сама была далеко не совершенна. Осуществление режима бесполетной зоны выполнялось таким образом, что не приходится сомневаться в наличии нарушений. Кстати, и мы об этом предупреждали, последствия ливийских событий ощущаются до сих пор. Продолжается инфильтрация оружия и боевиков в соседние страны. Ситуация в Мали во многом является прямым следствием того, как обошлись с Ливией. Мы всячески стараемся содействовать усилиям ливийского руководства по обеспечению единства страны, которое находится под угрозой, стабилизации социально-экономической, политической ситуации.

Ответ на Ваш вопрос – утвердительный. США имеют послужной список нарушений международного права. Безусловно, это аномалия. Наша задача (говоря наша, имею в виду все государства) - добиваться в диалоге с США, чтобы они оставались в рамках международного права и Устава ООН. В наших интересах всячески вовлекать американских партнеров в коллективные действия. Думаю, что немало здравомыслящих людей в Администрации Б.Обамы, сформированной после его переизбрания на пост Президента, понимают, что легитимность действий на международной арене, признание правоты тех или иных шагов, предпринимаемых страной (если государство хочет, чтобы его действия воспринимались правильно), необходимо выстраивать в рамках международного права.

Рассчитываю, что завтра во время встречи в Берлине с Госсекретарем США Дж.Керри об этом обязательно пойдет разговор на конкретных примерах. В том числе на примере сирийского кризиса, где обе наши страны заинтересованы в скорейшем прекращении кровопролития, в «подталкивании» конфликтующих сторон к диалогу, чтобы сами сирийцы сели и договорились между собой, как им дальше жить в своем государстве так, чтобы ни одна этническая и конфессиональная группа не чувствовала себя ущемленной, а была бы комфортно «встроена» в политическую систему.

Вопрос: Мой вопрос касается новой редакции Концепции внешней политики Российской Федерации и ее структуры. В документе выделяется ряд приоритетных стран в каждом регионе мира, с которыми России необходимо поддерживать и развивать партнерские отношения, кроме Ближнего Востока и Северной Африки. В редакции Концепции от 2008 г. были указаны страны данного региона, в частности Алжир, Египет, Саудовская Аравия. Чем вызвано отсутствие в новой редакции документа конкретных государств Ближнего Востока и Северной Африки?

С.В.Лавров: Все страны, которые Вы перечислили, и многие другие сохраняют важное значение в нашей внешнеполитической линии на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Сейчас этот регион находится в состоянии глубоких перемен, процессы еще не завершены. Там далеко не все ясно, идет поиск оптимальных моделей, которые устроят власти (в том числе тех стран, где произошли революционные перемены) и оппозицию.

Приоритетность данного региона подчеркнута также тем, как мы хотим выстраивать отношения с Лигой арабских государств, объединяющей все страны арабского мира. Несколько дней назад Москву посетила делегация руководства ЛАГ. Переговоры, впервые прошедшие в формате стратегического министерского форума, завершились принятием развернутого Совместного заявления, детального Плана действий, который задает тон и тематику нашего партнерства на долгую перспективу.

Ни о каком снижении роли Ближнего Востока, Северной Африки, арабского и исламского мира в нашей внешней политике речь идти не может. Наоборот, мы хотим, чтобы исламский мир, арабы более активно решали вопросы, возникающие в их регионе, чтобы они не поддавались искушению полагаться на кого-то извне и более активно выступали как единое целое. Это в наших интересах, в интересах стабильности в регионе. Важно при этом действовать на основе тех уставных принципов, которые одобрены самими этими странами. ЛАГ действует на базе консенсуса. За последние годы были ситуации, когда Лига стала отходить от этого правила, что не привело к повешению ее авторитета. Сейчас происходит обратная ситуация. Мы почувствовали наших партнеров, их стремление более активно действовать в пользу мирного урегулирования тех конфликтов, которые сохраняются в регионе, прежде всего (и это очень важно) палестинской проблемы. На фоне событий «арабской весны» она оказалась на «задворках» мировой политики. Это плохо, так как корень многих проблем, которые сегодня растревожили и продолжают дестабилизировать регион, лежит в неурегулированности палестинского вопроса.

Призываю Вас вчитаться в раздел, посвященный Ближнему Востоку и Северной Африке. Вы убедитесь, что приоритетность этого региона только возрастает.

Вопрос: Сможет ли Единое экономическое пространство придать новый импульс развитию экономических и региональных отношений России со странами Латинской Америки?

С.В.Лавров: При всех обстоятельствах отношения развиваются тем интенсивнее, чем эффективнее государство выстраивает свою экономику. То, что Таможенный союз и Единое экономическое пространство, а в перспективе и Евразийский экономический союз повышают конкурентоспособность и эффективность экономик стран, входящих в эти объединения (России, Белоруссии и Казахстана), - факт, доказанный статистикой. После того, как заработал Таможенный союз, существенно возросли темпы роста экономик трех стран. Эти выгоды будут ощущаться все более явственно. Чем крепче будут экономические показатели трех стран, тем более эффективно будут выглядеть наши позиции в развитии торгового и инвестиционного сотрудничества с другими регионами, в том числе и с Латинской Америкой.

За последние годы у нас произошел «ренессанс» в отношениях с Латинской Америкой. Чувствуется тяга к сотрудничеству с Россией, в том числе в сферах инвестиций, высоких технологий, космоса и многих других. Выстраиваем с Бразилией технологический альянс. Хорошие перспективы сотрудничества с Аргентиной. Только что достигнуты новые, важные договоренности с Кубой. Много приносящих плоды заделов с Венесуэлой. За последние несколько лет отношения практически со всеми странами региона существенно сдвинулись в позитивном направлении. Эта тенденция будет только укрепляться с развитием интеграционных процессов на постсоветском пространстве.

Вопрос: Подводя итоги прошедшего года, что стало, по Вашему мнению, самым большим достижением российской дипломатии? О чем из того, что не удалось достичь, больше всего стоит сожалеть?

С.В.Лавров: Это неблагодарный вопрос, потому что давать оценку своим успехам я не привык - это дело наших граждан и экономических операторов, которых мы поддерживаем, чтобы они не подвергались дискриминации. По-журналистски – это интересная формулировка, но для нас важно, чтобы не было проблем ни на одном из направлений.

Говоря о том, о чем больше всего сожалеем, упомяну и неурегулированность целого ряда ситуаций с российскими гражданами, оказавшимися в непростом положении за рубежом. Не могу и не буду подробно говорить о том, что мы конкретно делаем. Практически повседневно занимаемся вопросами тех, кто попал в непростые ситуации в Ливии, Нигерии, США и ряде других стран. К сожалению, не все зависит от нас. В.Бут и К.Ярошенко попали в США после серьезных нарушений американскими службами международно-правовых норм, а в случае В.Бута - законов Таиланда. Нужно вызволять наших людей, и мы над этим работаем. Занимаемся моряками в Нигерии, нашими согражданами в Ливии. Не обо всем можно говорить, чтобы не навредить, т.к. работа деликатная. Это расстраивает больше всего.

Вопрос: Приоритетное направление внешней политики России – сотрудничество со странами СНГ. Какова роль дипломатии в области экономического сотрудничества с СНГ?

С.В.Лавров: Страны СНГ – наши ближайшие соседи. Многие из них являются нашими союзниками, стратегическими партнерами. Конечно, это приоритетное направление российской внешней политики, что прямо подтверждается в обновленной Концепции внешней политики Российской Федерации.

Роль дипломатии в любых экономических отношениях возрастает. Это требование дня, веление времени. К этому нас призывает Президент России, и мы над этим постоянно работаем.

Специфика экономических связей на пространстве СНГ - как и политических, военно-политических, гуманитарных и других отношений - заключается в том, что наши президенты весьма интенсивно встречаются и напрямую рассматривают принципиальные вопросы. В ходе таких встреч в верхах принимаются ключевые решения по углублению нашей экономической интеграции, развитию экономических связей со странами, которые не входят в Таможенный союз и Единое экономическое пространство, но являются членами ЕврАзЭС и в целом СНГ.

В СНГ достигнут серьезный результат – недавно подписан Договор о создании зоны свободной торговли. Это прорывное решение, подтверждающее, что Содружество – не только площадка для прямого диалога лидеров (что самоценно само по себе), но и структура, способная принимать системные решения, позволяющие существенно улучшать экономические обмены и тем самым создавать рабочие места, повышать благосостояние граждан.

Дипломаты вместе с экономическими министерствами готовы участвовать в подготовке всех договоренностей. Здесь мы не имеем права оставаться в стороне. Но решающую роль играют прямые договоренности на высшем уровне, а наша задача - как можно более тщательно и добросовестно их готовить.

Вопрос: Я представляю здесь Республику Южная Осетия, существование которой стало возможным благодаря волевому решению российского руководства в августе 2008 г. Мы все это помним, ценим и очень дорожим. Хотела бы также выразить благодарность за возможность в рамках межмидовского взаимодействия получать образование в любимой для нас Академии. В новой Концепции внешней политики Российской Федерации остается приоритетным вопрос сотрудничества с Абхазией и Южной Осетией. В свете потепления российско-грузинских отношений хотелось бы от Вас лично услышать, что суверенитету Абхазии и Южной Осетии ничто не угрожает.

С.В.Лавров: На эту тему прямо и недвусмысленно высказывался Президент России В.В.Путин. Могу только это подтвердить. Возникновение такого вопроса считаю странным.

Россия, как Вы сказали, обеспечила возможность существования Республики Южная Осетия и Республики Абхазия. Если бы у М.Саакашвили все получилось в августе 2008 г. в Южной Осетии, то следующей стала бы Абхазия (были уже заготовлены планы, карты с нанесением направлений главных ударов). Поэтому мы не видели другого выхода для того, чтобы обеспечить не просто безопасность Абхазии и Южной Осетии, но выживание этих народов. Для нас такого выбора больше не существует. Возможность каких-то договоренностей оставалась до войны, и эти перспективы постоянно «торпедировались» режимом М.Саакашвили. На Южную Осетию нападали не только в августе 2008 г., но и летом 2006 г. Тогда не хватило сил - южноосетинские ополченцы при поддержке миротворческих подразделений сумели остановить агрессию.

После того, как была остановлена агрессия в августе 2008 г., мы исходили из того, что еще можно как-то договориться, и мы были готовы провести специальные дискуссии о статусе с участием этих стран. Но после заявлений М.Саакашвили о том, что обязательно будет реванш, и он даже не собирается обсуждать статус Южной Осетии и Абхазии, «маски были сорваны», и мы не видели другого выхода. Это было единогласным решением российского руководства. И оно не подлежит отзыву.

Вы упомянули потепление отношений с Грузией. Но мы никогда не «охладевали» к грузинскому народу. Это наш близкий сосед, братский народ. У нас огромная взаимная тяга в сфере культуры, гуманитарных связей. Мы не собирались «отгораживаться» от грузинского народа или его изолировать. Но режим М.Саакашвили принял решение о разрыве дипломатических отношений. Сейчас новое правительство Грузии действует прагматично. Если у грузинской стороны есть интерес к дальнейшему развитию гуманитарных связей, воздушного сообщения (оно существует), экономических контактов (они никогда не прерывались целиком и в энергетике, и в других сферах - там по-прежнему работали наши компании), то мы готовы к развитию взаимодействия в этих областях. Но еще раз подчеркну - не ценой предательства наших братьев в Абхазии и Южной Осетии. Этого никогда не будет.

Вопрос: В Академии проводится Модель ООН. Основная тема – арабо-израильский конфликт. Как Вы видите пути его разрешения? Станет ли Палестина полноправным членом ООН?

С.В.Лавров: Вы хотите, чтобы я дал Вам подсказку для участия в модели ООН? Все же, старайтесь сами!

А если серьезно, то это самый застарелый конфликт, который тянется с конца 40-х годов, когда в ООН было принято решение о создании на территории подмандатной Палестины двух государств: еврейского и арабского. Еврейское государство создано, а арабское – до сих пор нет. Можно долго рассуждать на тему того, почему так произошло, но сейчас речь идет о ситуации, когда мы оказываемся в почти безвыходном положении. Создаются факты на земле, территория, которая может быть предложена палестинцам для обсуждения, за последние десятилетия постоянно «съеживается». Это плохо, потому что мы загоняем переговоры в тупик. Вернее, переговоров никаких не ведется. Плохо, что бездействует «квартет» международных посредников, куда входят Россия, ЕС, США и ООН. Мы уже длительное время не можем провести министерскую встречу в этом формате. Причем, ЕС и ООН готовы к этому, а американцы до последнего времени постоянно откладывали проведение такой встречи. Хотя мы с коллегами были вместе на одних и тех же мероприятиях и в ходе Генеральной Ассамблеи ООН, и на министерской встрече ОБСЕ в Ирландии, но постоянно наталкивались на неготовность Вашингтона. Встреча может ничего и не дать, как не дали ничего предыдущие раунды. Я бы не стал в обязательном порядке пытаться в очередной раз принимать какой-то документ. Даже если документ не получается, стоит просто встретиться, посмотреть друг другу в глаза и обсудить проблему. В идеале встретиться не за «закрытыми дверями», а вместе с представителями Лиги арабских государств, которые должны более ответственно и активно работать на палестинском направлении. Но с ними нужно взаимодействовать. Если же будет продолжаться ситуация, когда «квартет» сам по себе принимает какие-то бумаги, а ЛАГ обсуждает инициативы в своем кругу, то это делу не поможет.

На вопрос, как урегулировать конфликт, отвечу банально: только через переговоры. Другого варианта нет, и время для переговоров уходит. Внутри ПНА зреют настроения в пользу того, чтобы вообще отказаться от тех урезанных полномочий, которые Администрация имеет на Западном берегу, потому что в Газе она фактически не руководит. Хотят распустить Палестинскую администрацию, сказав израильтянам: «Вы – оккупирующая держава, значит, теперь вы отвечайте за свет, воду, зарплаты, поставку продовольствия и т.д.». Мы считаем, что было бы крупнейшим провалом мирового сообщества за многие десятилетия, если перспектива создания Палестинского государства, живущего в мире и безопасности с Израилем, будет подорвана.

Для того, чтобы этого не допустить, нужно действовать по нескольким направлениям. Во-первых, задействовать «квартет» и ЛАГ и как можно скорее вовлечь стороны в прямой разговор при понимании, что не должны продолжаться односторонние действия в нарушение решений Совета Безопасности, например, все большее расширение поселенческой активности Израиля на Западном берегу в целом, да и в Восточном Иерусалиме. Во-вторых, принципиально важно восстановить палестинское единство. Его отсутствие серьезно подрывает возможности палестинцев в отношении будущих и, как я надеюсь, в скором времени возобновляемых переговоров с Израилем. Контакты, которые ведутся между Западным берегом, где руководит ПНА, и Газой, где реальные рычаги власти находятся в руках ХАМАС, продолжаются при посредничестве Египта. Мы активно способствуем этим контактам, поддерживаем египетские усилия. Идет уже достаточно предметное согласование параметров восстановления единства, проведения выборов. При этом важно, что движение ХАМАС, которое «верховодит» в Газе, не подвергает сомнению полномочия М.Аббаса как председателя ПНА на ведение контактов с Израилем. Беда в том, что эти контакты практически заморожены, и сейчас важно как-то вернуть ситуацию на переговорный трек. А кроме переговоров ничего другого здесь не может быть. Но если в ходе проводимой модели ООН по этой теме, начитавшись фактуры, ознакомившись с прецедентами (Кэмп-Дэвид, Осло, предложения Б.Клинтона Я.Арафату), Вы предложите свои варианты конкретных переговорных ходов, мы попросим ректора, чтобы нам показали лучшие идеи.

Вопрос: Как представитель Дальнего Востока интересуюсь такой проблематикой, как Туманганский проект в Приморском крае. Не могли бы Вы ответить, какие в настоящее время существуют перспективы переговоров по данному проекту, на какой стадии он находится и каковы основные противоречия сторон по данному вопросу? Повлияют ли недавние события на Корейском полуострове на развитие трехсторонних отношений между Китаем, Северной Кореей и Россией?

С.В.Лавров: Не могу похвастаться, что в настоящее время знаком с деталями Туманганского проекта. Когда-то я занимался им, работая в Управлении международных экономических отношений МИД. Но с тех пор ничего существенного в этой области, по-моему, не произошло. Проект, действительно, трехсторонний, и складывающаяся на Корейском полуострове ситуация не помогает проведению встреч, рассмотрению практических путей, которые позволили бы сдвинуть дело с мертвой точки. Нагнетание эмоций и череда действий, которые предпринимали участники этого процесса, может до добра не довести и оптимизма не вселяет.

Как известно, мы осудили очередной взрыв ядерного устройства, который провела Северная Корея. Когда КНДР предупредила нас за некоторое время до проведения взрыва, мы послали четкий сигнал, что это будет ошибкой. К сожалению, ни наши, ни китайские, ни американские сигналы в расчет приняты не были. Сейчас мы работаем в Совете Безопасности ООН над резолюцией, которая должна быть предельно выверенной. Оставлять это безнаказанным нельзя. Необходимо согласовать какие-то дополнительные меры воздействия на Северную Корею помимо тех, которые уже были приняты. Прежде всего, эти меры должны быть адресно нацелены на ядерную и ракетную программы КНДР, поскольку именно их развитие создает угрозу международному миру и безопасности, как СБ ООН уже записал в своих резолюциях. С другой стороны, эта резолюция не должна содержать никаких лазеек для того, чтобы кто-то попытался ее трактовать как дающую право для применения силы. Это было бы катастрофой. В-третьих, резолюция обязательно должна четко подтверждать безальтернативность переговорного решения ядерной проблемы Корейского полуострова через возобновление шестистороннего переговорного процесса. Мы будем вести соответствующую работу и по двусторонним каналам с Пхеньяном. Поддерживаем усилия, предпринимаемые Китаем. Считаем, что и США могли бы тоже внести свой вклад в снятие напряженности. Не считаем правильным использовать нынешнюю ситуацию как предлог для того, чтобы «накачивать военные мускулы» в этом регионе, готовя ответы, проводя массированные военные учения, расширяя возможности ракетного потенциала, нацеленного на КНДР. Знаете, если ружье висит, оно когда-нибудь выстрелит. Поэтому, как в любом конфликте, чем больше накапливается «стреляющего железа» (тем более, высокотехнологичного), тем больше риск, что ситуация сорвется в военный сценарий. Мы делаем все, чтобы этого не допустить.

Россия в рамках шестисторонних переговоров возглавляет пока бездействующую рабочую группу по принципам мира и безопасности в Северо-Восточной Азии. Когда дела шли лучше, мы распространили видение того документа, который мог быть принят всеми участниками шестисторонних переговоров. Сейчас было бы совсем не бесполезно вернуться к этой идее, чтобы помочь успокоить страсти. Ясно, что гарантии безопасности – это ключ к тому, чтобы мы смогли перевести ситуацию в переговорное русло. Когда это произойдет, можно будет, не отвлекаясь на эти проблемы, заниматься Туманганом, активнее продвигать и другие трехсторонние проекты с участием России, КНДР и Республики Корея. Это и железная дорога, и электроэнергия, и газ.

Вопрос: Когда ЕС согласится на упрощение визового режима? Почему так сложно достигнуть консенсуса?

С.В.Лавров: Считаю, что вопрос – политический, о чем мы откровенно сказали нашим партнерам из ЕС на последнем саммите в декабре 2012 г. в Брюсселе, когда Президент В.В.Путин встречался с Председателем Европейского совета Х.В.Ромпёем и Главой Еврокомиссии Х.М.Баррозу.

У нас идет два процесса. Убежден, мы уже давно готовы к безвизовому режиму для краткосрочных поездок граждан. Недавно я встречался с Р.Проди, который еще в 2003 г., будучи Председателем Еврокомиссии, сказал, что безвизовый режим – это реальность, и об этом можно договориться в течение максимум пяти лет. Прошло уже десять лет. Р.Проди в своем нынешнем качестве Представителя Генерального секретаря ООН по проблемам Сахаро-Сахельского региона был в Москве, его принимал Президент В.В.Путин. Я тоже с ним встречался, и он вспоминал о том, что действительно обозначал такую цель десять лет назад, и выражал сожаление, что она остается на бумаге. Хотя он как и мы убежден, что все можно было бы уже давно согласовать и ввести безвизовый режим в действие.

У нас есть согласованный с Еврокомиссией перечень «Совместных шагов по переходу к безвизовому режиму краткосрочных поездок граждан России и ЕС», касающийся необходимости введения биометрических паспортов, понимания, как организован контроль на границах. Этот перечень либо уже вывешен на официальном сайте МИД России, либо будет вот-вот вывешен. С ним можно ознакомиться. Там нет никакой двусмысленности – все очень четко и проверяемо. Список исчерпывающий. У нас есть понимание, что когда все эти шаги будут осуществлены, мы будем переходить к безвизовому режиму и писать соглашение, которое можно за полчаса напечатать на компьютере. Предусмотрены и проходят взаимные визиты, посещения. Мы пишем друг другу доклады о том, как эти шаги выполняются. У нас нет никаких сомнений, что уже пора к середине этого года подвести черту и начать писать безвизовое соглашение.

Наши партнеры занимают сдержанную позицию, причем объяснить ее толком не могут. Недавно я был в Брюсселе и встречался с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности/заместителем Председателя Европейской комиссии К.Эштон. Мы подробнейшим образом показывали, что дело упирается не в какие-то технически нерешенные проблемы, упомянутые в этих «Совместных шагах», а в политическое решение. У нас складывается впечатление, что некоторые члены Евросоюза заняли политическую позицию, дискриминирующую Российскую Федерацию. В ЕС есть проект «Восточное партнерство». В него входит шесть бывших советских республик, а ныне суверенных государств – Украина, Молдавия, Белоруссия, Грузия, Армения, Азербайджан. По имеющимся у нас некоторым сведениям, ряд членов Евросоюза, используя принцип консенсуса, действующий в ЕС, твердо настаивает на том, чтобы визовые послабления в отношениях с Россией не опережали, а шли за визовыми послаблениями для стран «Восточного партнерства». Если это так, то это предвзятость в чистом виде. Значит, люди пытаются вести дела не на основе фактической ситуации, а на основе своих политических предпочтений.

Я надеюсь, что возобладает объективный подход, и мы сдвинемся с мертвой точки. Пусть решение об отмене визового режима принимается по мере готовности каждой страны, а не по тому, насколько она кому-то политически нравится.

Второй процесс, который у нас идет с Евросоюзом, касается дальнейшего упрощения визового режима. Это можно было сделать уже давно. У нас есть Соглашение 2006 г., которое ввело первые шаги по упрощению визового режима. Мы решили его обновить и расширить категорию граждан, охватываемых этим Соглашением, возможности получения многократных, многолетних виз и т.д. Сейчас все уперлось в то, что наши партнеры отказываются включать в этот перечень (в категорию граждан, которые будут пользоваться облегченным визовым режимом) обладателей служебных биометрических паспортов. На данный момент держатели дипломатических паспортов вообще не нуждаются в визах. Мы предложили то же самое сделать и для обладателей служебных биометрических паспортов. Наши партнеры сначала сказали, что вовсе не хотят включать в безвизовый режим служебные паспорта, потом настояли на том, чтобы это были только биометрические паспорта. Данная категория граждан, которая будет пользоваться этой льготой, если соглашение будет подписано, с российской стороны включает 15 тыс. человек, а со стороны ЕС – около 200 тыс. человек. Мы прекрасно понимаем, что внешне это может восприниматься так, что переговорщики от России, мол, уперлись из-за того, что ЕС не хочет пускать без виз на свою территорию 15 тыс. чиновников. При прочих равных, я лично выступил бы за то, чтобы не настаивать на этом и ввести соглашение в силу, поскольку оно существенно облегчает визовый режим для других категорий граждан, не чиновников.

Однако совсем недавно Евросоюз подписал Соглашение об упрощении визового режима с Украиной, где обладатели служебных биометрических паспортов освобождены от необходимости получать визы. И вот тут мы уже оказываемся в ситуации, когда отказавшись от этого, мы сознательно пойдем на то, чтобы нас дискриминировали. Мы спрашиваем в Брюсселе: «А почему Украине можно, а нам нельзя?». Ответ получаем очень интересный: «Россия – это не Украина». Конечно, не Украина! Но мы же знаем, что украинский чиновник от чиновника российского не очень отличается. Такой откровенно дискриминационный подход нас устроить не может. Поэтому я надеюсь, что мы все же добьемся согласия на окончательный текст Соглашения об упрощении визового режима. Надеюсь, что наши граждане с пониманием отнесутся к тому, что нам невозможно добровольно идти на такую дискриминацию.

Вопрос: В свете дискуссий о том, что обязательным требованием поступления на госслужбу является прохождение срочной службы в российской армии, хотелось бы узнать, является ли это помимо других критериев набора непременным условием трудоустройства в МИД России? И, если нет, то дает ли это какие-либо преимущества при поступлении на работу во внешнеполитическое ведомство России?

С.В.Лавров: К поступающим на дипломатическую службу нет требований об обязательном прохождении воинской повинности. Нет и положения, согласно которому человек, отслуживший в армии, получает какую-то автоматическую привилегию. Надо рассматривать каждый случай отдельно.

Как я понимаю, Вы имеете в виду не столько специфику МИД России, сколько в целом дискуссии, которые идут об условиях приема на госслужбу. Я об этом слышал, но, по-моему, пока они не обрели силу закона.

Когда закончите обучение, если Вас интересует работа в МИД, – приходите. У нас действует приемная комиссия, которая проводит собеседование.

Вопрос: После принятия «Закона Димы Яковлева» в декабре 2012 г. было отменено действие Соглашения о сотрудничестве между Россией и США в области усыновления/удочерения детей. А как в дальнейшем будет регулироваться эта сфера в рамках международного права?

С.В.Лавров: Во-первых, упомянутое Соглашение будет действовать еще год, т.е. до 31 декабря 2013 г., и вытекающие из него обязательства остаются в силе. Сейчас, когда мы занимаемся прояснением судьбы целого ряда детей-граждан России, которые были усыновлены в США, данное Соглашение абсолютно применимо.

Во-вторых, между Россией и США есть Консульская конвенция, регулирующая необходимость обеспечения доступа к российским гражданам независимо от того, где, как и что с ними произошло. Так что, правовая сторона у нас присутствует. Проблема в том, что федеральные власти США не в состоянии или не имеют желания (хотя я надеюсь, что это не так – в последние недели мы видим попытки что-то предпринять) оказать воздействие на власти штатов. По законодательству США проблемой усыновления ведают штаты, в каждом из которых своя организация этой работы, и далеко не всегда они сопоставимы. Именно поэтому, когда мы готовили это Соглашение, то добивались, чтобы федеральное правительство взяло на себя дополнительные обязательства по обеспечению доступа к детям, оказавшимся в беде в том или ином штате. Повторю, действует Консульская конвенция, которая уже накладывает эти обязательства, и нужно просто добиваться от властей в Вашингтоне (что мы и делаем), чтобы они не уклонялись от них.

Вопрос: По моим наблюдениям, в последнее время кадровая служба МИД неохотно принимает на работу выпускников Дипакадемии. Что Академии нужно сделать, чтобы увеличить этот показатель?

Существуют разные взгляды на важность консульской службы, о которой неоднократно в последнее время высказывался и Президент В.В.Путин, и Вы. Мы считаем это направление важным, и его необходимо совершенствовать. Каково Ваше мнение?

С.В.Лавров: Относительно первой части вопроса статистику, наверняка, лучше знает ректор Е.П.Бажанов. Мы готовы принимать больше, но необходимо пройти конкурсные испытания.

Относительно консульской службы я согласен, что, не освоив азы этой работы, нельзя всерьез заниматься дипломатией. И я, и мои старшие товарищи, которых я здесь вижу, и наши учителя, помним, как бегали с бумагами, поступая на работу в МИД, выполняли черновую работу. Без этого не получается дипломатия. Так же как сейчас без компьютерной грамотности молодежи трудно освоить более творческие формы нашей профессии. Консульская служба – базовая. Дипломат, который прошел школу консульской работы, обогащается, создает себе больше возможностей. В этой связи выделю два аспекта.

Консульскую службу принято ассоциировать с российскими туристами, попавшими в трудные ситуации. Например, в случае с перевернувшимся лайнером «Costa Concordia», когда нужно было помогать и с одеждой, и с медикаментами, и с возвращением на Родину. Также это касается происшествий на курортах. То в Турции, то в Таиланде происходят цунами, возникают проблемы с местной полицией. К сожалению, меньше таких случаев не становится. Согласно статистике, в среднем на каждые пять тысяч россиян, выезжающих за границу, приходится один инцидент, сопряженный с вступлением в противоречие с законами страны пребывания или каким-то несчастным случаем.

Интересный пример в Анталии. В Генконсульстве России работают три консульских сотрудника, в то время, как это место ежегодно посещают свыше двух миллионов российских туристов. Поделите два миллиона на пять тысяч и получите представление о том, сколько раз им приходится заниматься какими-то инцидентами. Поэтому мы очень рассчитываем, и в этом нам обещал поддержку Президент В.В.Путин, на укрепление сил на консульском направлении.

Второй аспект консульской работы заключается в том, что это дипломатические учреждения, которые обязаны заниматься не только консульской, но и аналитической, оперативной работой. Особенно, когда речь идет о больших городах, не являющихся столицами. Например, Стамбул – центр проведения многих встреч, мероприятий, центр экономической жизни Турции. Поэтому я не могу себе представить Генеральное консульство без политической работы. Так что здесь надо исходить из того, что консул обязан, прежде всего, конечно, заботиться о российских гражданах, которые находятся в его округе, но не должен забывать и об аналитической и оперативной работе. В этом я полностью Вас поддерживаю.


Источник: МИД России
Новости
117 15.07.2014 Владимир Путин принимает участие в работе саммита БРИКС

подробнее
116 14.07.2014 Россия приняла эстафету проведения чемпионата мира по футболу

подробнее
архив новостей
Официально
46 14.07.2014 Заявление для прессы по итогам российско-бразильских переговоров

подробнее
45 12.07.2014 Заявления для прессы по итогам российско-аргентинских переговоров

подробнее
архив новостей
Документы
3 15.07.2014 ФОРТАЛЕЗСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ (принята по итогам шестого саммита БРИКС)

подробнее
2 20.05.2014 Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о новом этапе отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия

подробнее
архив новостей
Полезные ссылки



Арт-школа "Одарёные дети мира"

8 (495) 567 06 16


http://www.youtube.com/watch?v=GvmOA91OOyk


Новогодний мюзикл
"Сердце Снегурочки"

WWW.SNOWMAIDEN.NGMC-CINEMA.RU +



Новогоднее представление
"В гостях у Снегурочки"

WWW.SNOWMAIDEN.NGMC-CINEMA.RU






Поддерживая плюрализм мнений, редакция не несет ответственности за содержание материалов рубрики "Без комментариев"

АСЕАН, АТЭС, ЕВРАЗЭС, Единая Россия, ОПЕК, СНГ, ШОС